Абдулхалиев закрыл глаза и заметался головой по подушке:
– Этого не может быть! Я их запомнил!
– Кого ты запомнил? Все примерно одного возраста, одного роста, смуглые и черноволосые. Ты убил шестерых ни в чём не повинных человек! Следователя Зябликова я в расчёт не беру, на его убийство ты тоже разрешение получил у всевышнего! За что расправился с четырьмя молодыми армянами, с одним пожилым мужиком и свидетелем Минихановым? Сейчас возомнил из себя мечом карающим! Лучше расскажи, кто этот человек, которого ты задушил в парке? А то до сих пор в морге лежит, никак личность установить не можем!
– Что?
Неожиданно Абдулхалиева начало трясти. Аристархов выскочил из палаты и громко позвал медсестру. Через несколько секунд следователя оттеснили люди в белых халатах. Они засуетились возле пациента, которого колотило в разные стороны, а знакомая медсестра повернулась и указала головой в сторону двери:
– Сегодня он уже ничего не скажет, больному нужен покой, приходите завтра.
Аристархов вернулся домой совершенно разбитый, словно разгрузил КАМАЗ угля. Петька уже спал. На кухонном столе Степан обнаружил ужин, прикрытый салфетками. В кастрюльке под жёлтым маслом лоснилась толчёная картошка, в сковороде ещё тёплые лежали бок о бок котлеты, а в миске салат из свежих огурцов. В грудной клетке растеклось тепло. За переживаниями последних часов он совсем забыл, что дал запасные ключи Зое. Он не стал марать чистую тарелку, съел несколько ложек картошки и прямо рукой взял котлету и проглотил в два укуса. Спал плохо – одолевали разные мысли. Почему-то он не чувствовал радости от завершения дела. Проснулся рано и сразу позвонил в клинику:
– Да слушаю, – ответил женский голос. – Хирургическое отделение.
– Доброе утро. Скажите, как чувствует себя больной Абдулхалиев? Я хотел бы его навестить.
– Пациент Абдулхалиев скончался сегодня ночью. Сожалею.
Не успел Аристархов скинуть куртку, как зазвонил телефон. Коллеги ещё не появились, поэтому следователь беззастенчиво уселся на стол, закинул ногу на ногу и взял трубку. В присутствии посторонних он себе такого не позволял, негоже показывать дурной пример. Однако сегодня он ощущал себя победителем, чувство собственной значимости приподняло голову, хотелось поделиться хоть с кем-нибудь важным открытием, и благодарный слушатель уже ждал с самого утра.
– Аристархов у аппарата.
– Степан Евгеньевич доброе утро, – интонация секретарши никогда не выдавала того, что происходило в кабинете высокого начальства. Трудно было разобрать, о чём пойдёт речь: о взбучке или о поощрении. – Генерал-майор ожидает вас через десять минут.
– Понял! – как только следователь положил трубку, телефон зазвонил снова.
– Аристархов. Слушаю.
– Доброе утро Степан Евгеньевич. Извините, если нарушаю ваши планы, но мне действительно необходима ваша помощь. Валерий Измайлов из банка «Адмиралтейский» сказал, что я могу воспользоваться вашим расположением.
«Это что за хрен с горы с витиеватым обращением»?
Аристархов прокашлялся и ответил в той же манере:
– Доброе утро. С кем имею честь?
– Ох, простите! Это Филипп Зайцефф. Я приехал из Франции для выяснения обстоятельств исчезновения крупных сумм. Дело в том, что мы с Измайловым пытались прояснить ситуацию самостоятельно, но забуксовали. Без помощи полиции не обойтись.
Из головы Степана давно выветрилась просьба генерала, и в первые минуты он не мог сообразить, о чём речь, а когда вспомнил, досадливо мотнул головой – не до француза сегодня.
– Где вы сейчас находитесь?
– Пока в отеле «Русский стандарт». Сказать честно, даже не знаю, что предпринять дальше. Я скопировал записи с камер наблюдения, расположенных у банкоматов и обнаружил человека, который снимал крупные суммы, но без специальной аппаратуры выяснить личность не возможно.
– Давайте так, вы приедете в Управление, – полицейский глянул на часы, – примерно через час. Расскажете и покажете толком, что произошло на самом деле, как далеко зашли ваши поиски, а дальше решим.
Не дожидаясь ответа, Степан отключился, в кармане пиджака нащупал диктофон и шагнул к двери. Неожиданно дверь отворилась, и в кабинет ввалился Колышкин. Коллеги столкнулись нос к носу, от неожиданности Александр Павлович отпрянул со словами:
– Ох, напугал!
Колышкин обдал коллегу сивушным дыханием, смешанным с запахом мятной жевательной резинки. Аристархов посмотрел на него с укоризной и помахал рукой перед своим носом:
– Саня, завязывай с алкоголем!
– Вчера вечером гостей провожал, – Колышкин спрятал глаза. – Неудобно было отказаться, тесть просто гирей на шее висел.
– Да прекращай ты заливать про тестя, день рождения и про гирю. Ты что не мужик? В тебя же не силком заливали! – Степан остановился на пороге. – Я к начальству на доклад, а ты встретишь француза. Он тебе всё расскажет, я присоединюсь позднее.
– Что за француз?
– Кто-то крупную сумму денег снял, вот он приехал на поиски. Некогда объяснять, надо бежать, – и уже в коридоре снова затормозил. – Ты выяснил личность мужика из парка?
– Нет. Он словно с Луны свалился! А у тебя новости есть?