— …Только не говори, что сейчас ей требуется секс без обязательств!
— Заметь… — начал бригад-генерал, но бывшая жена мгновенно перебила:
— …Только не говори: «заметь, не я сказал про секс без обязательств»! Ей 15 лет! Мне известен этот твой финт с манипуляцией. А по существу: Хлоя подросток! Такие вещи совершенно не для ее возраста, не для ее характера, в общем, это не годится для нее!
— Конечно, ты права, — спокойно ответил Штеллен (тут сторонний наблюдатель мог бы отметить: в дискуссии бывших супругов появились повторы — как в иронической пьесе поздней викторианской эпохи), — Конечно, ты права. И отлично, что отношения Хлои с Оливером это не секс без обязательств. Это непредвиденное обстоятельство.
— Что-что? — переспросила Кристина.
— Обстоятельство вне сценария, — пояснил он, — мы не знали, насколько они похожи.
— Подожди, Вальтер! В каком смысле они похожи?
— Кристина, это трудно объяснить, но легко проиллюстрировать примерами… Но не в данный момент, извини.
— А-а… — протянула она, и проследила внезапно изменившуюся линию его взгляда…
…На этой линии обнаружился персонаж, только что возникший на галерее. Почему-то Кристине показалось, что персонаж похож на Ганнибала Лектера в исполнении Энтони Хопкинса (см. триллер «Молчание ягнят», 1991 год).
— Не надо нервничать, я пришел с миром, — ласково произнес персонаж, и выразительно поднял ладони на уровень своих ушей, показывая, что ничем не вооружен (при этом он продолжил двигаться к столику Штеллена).
— Какого черта вам надо? — хмуро полюбопытствовал бригад-генерал (и внимательный сторонний наблюдатель заметил бы, как ладонь контрразведчика вернулась к чашке, а несколько секунд назад была под ветровкой на рукоятке 9-мм пистолета).
— Вальтер, вы по привычке считаете меня угрозой, но мы ведь теперь союзники. Будет крайне мило, если вы позволите мне присесть и представиться прекрасной даме.
— Садитесь, — буркнул Штеллен, — представлю вас я сам. Кристина, этот субъект: Вилли Морлок, 74 года, террорист с почти 60-летним стажем, начинал во «Фракции Красной Армии», а теперь антивоенный советник в правительстве Верхней Ливии.
— Благодарю, Вальтер. Заметьте, Кристина, я стал респектабельным менеджером, а вот Вальтер продолжает носить Glock-26 во внутреннем кармане.
— Зато я не нарушаю КБТО в отличие от некоторых, — огрызнулся бригад-генерал.
— Вальтер, давайте вместе вспомним определение БТО, — предложил Морлок.
— Парни! — вмешалась Кристина, — Если хотите секретничать, то тут не лучшее место.
Террорист с почти 60-летним стажем благодарно прижал ладонь к сердцу.
— О, Кристина! Вы так выручили меня. Тактичность не позволяла мне сказать это…
— Вилли, не прикидывайтесь небесной ласточкой! — сердито перебил Штеллен.
— Вальтер, вы ужасно недооцениваете мою тактичность. Я подумал даже о том, чтобы Кристина не скучала в одиночестве, если есть интерес к космической программе…
— …Тогда что? — спросила она.
— Тогда, вы можете пойти на экскурсию с инженером Беатрикс Тайц.
— М-м… — Кристина посмотрела на бывшего мужа.
— Это безопасно, — сказал он, — и потом ты расскажешь мне свои впечатления.
— Значит, годится, — решила Кристина.
Местом, удачным чтобы секретничать, был один из новых пирсов, совершенно пустой. Никаких лишних ушей, а шум волн исключает дистанционное прослушивание.
— Итак, — произнес Штеллен, оглядевшись, — к чему ваш намек на определение БТО?
— К тому, — ответил Морлок, — что конвенция о БТО дает определение биологического и токсинного оружия. Патогенные микроорганизмы и бактериальные токсины, которые инфицируют людей и животных, и предназначены для массового поражения. В нашем случае инфицирована не масса людей или животных, а только три персоны. Причем не патогенным, а трансформирующим микроорганизмом. Значит, нет нарушения КБТО.
— Ладно! — бригад-генерал махнул рукой, — Оставим в покое конвенцию о БТО. Просто объясните: с какой целью вы решили не ликвидировать этих трех киллеров, а сделать подопытными при вирусном изменении пола?
— Просто: разрыв шаблона. Заказчик убийства певицы-кореянки готов к успеху либо к провалу первой команды киллеров. Но он не готов к внезапной смене их ориентации и целей. Пока заказчик будет разбираться, что случилось, они будут решать проблему с собственной половой идентичностью, причем по силовой схеме, иначе они не умеют.
— Вилли, скажите проще: вы натравили эту тройку на их заказчика.
— Да, — Морлок улыбнулся, — и знаете, Вальтер, на вашем месте этичный человек точно поблагодарил бы меня. Но — не дождаться от кошки лепешки. Так что я не настаиваю.
Штеллен сделал большие глаза и холодно произнес:
— Вы что, Вилли? Подложить мне такую свинью, и еще намекать на благодарность?
— О, Вальтер, — тут Морлок подмигнул, — мы взрослые дяди, и понимаем: если бы вас не устраивал будущий силовой наезд киллеров на заказчика, вы бы приняли меры. Но вы ведете себя так, будто не догадываетесь, что будет. А значит, вас это устраивает.
— Вилли, почему вам кажется, будто я не принял меры?
— Мне не кажется, я знаю, потому что будь иначе, вы уже были бы в курсе вот этого…
