Пятерка «гостей» не собиралась встревать и мешать им, а занялась осмотром того угла платформы, где орихалковая облицовка сохранилась лучше всего. Надо сказать, что на несколько минут Юлиан даже забыл, что весь этот комплекс атлантов — фальшивка. По первому впечатлению, все в руинах этого загадочного ансамбля выглядело чудовищно древним, намного старше не только пирамид Египта, но даже дольменов французского океанского побережья. Можно было поверить, что акрополь атлантов построен еще до оледенения, и ушел под воду, когда миллиарды тонн льда, спускающегося от высоких широт, вдавили подвижное основание нынешних Азорских островов в океанское ложе. Теперь это последние руины цивилизации, ставшей мифом еще в эпоху Гильгамеша…
…Кладка из кирпичных или базальтовых блоков в форме шестиугольников и призм.
…Тускло-золотистая облицовка, упорно противостоящая морской коррозии.
…На щитах облицовки различимы следы рисунков: вроде силуэты спрутов и слонов.
…Юлиан слишком углубился в созерцание платформы акрополя, но тут Ларс Моллен потормошил его за плечо, и показал некий маленький металлический предмет, видимо подобранный рядом с руинами. Чоэ Трэй стала щелкать своим фотоаппаратом с мощной вспышкой. Аслауг Хоген и Инге Моллен зависли рядом с линией, где стыковались два соседних листа облицовки, и Инге тоже сделала несколько фото со вспышкой. Жаль, в дайверском снаряжении такого типа нельзя поговорить. Только жесты…
…Ладно, поговорить можно после возвращения. А сейчас осталось еще время немного поплавать и повисеть над колоннадой, увидеть весь акрополь атлантов в целом (пусть сквозь илистый туман), и сделать снимки работы дайверов-профи. Из-за этого тумана невозможно понять, какую деталь саркофага (если это саркофаг) они хотят извлечь из середины колоннады — но с этим тоже можно разобраться после возвращения…
…На какое-то время вокруг появилась стая рыб. Довольно крупные, серебристые, они рассчитывали поживиться чем-то среди поднятого ила. Будто по сигналу, они сначала метнулись в сторону работающих дайверов-профи, а через минуту стая рассыпалась, и каждая рыба перешла к одиночным персональным поисками пищи…
…В поле обзора вновь возникла парочка фридайверов — будто с неба упали. Далекую поверхность моря можно было считать небом для этого подводного мира. Сейчас оба персонажа проплыли близко. Мальчишка и девчонка, моложе 20 лет, экипированные исключительно легкомысленно: купальники, ласты, и очки с боковой подсветкой. Им, похоже, не составляет труда достигать глубины 500 футов. Эта парочка на несколько секунд задержалась около Аслауг, состоялся обмен дружескими похлопываниями по плечам, после чего парочка проплыла между колоннами, и по спирали ушла вверх, к надводному миру. Юлиан отметил: они знакомы. Что ж, позже можно спросить…
…Время возвращаться на субмарину. Точнее на подводную баржу-бутлегер. Главный принцип: не спешить. Маршрутный расчет сделан с запасом, чтобы исключить глупые технические ошибки (происходящие от спешки). Помним: ГЛУБИНА НЕ ПРОЩАЕТ.
(Тут Юлиан Зайз мысленно внес поправку).
Глубина не прощает обычных людей.
И даже обычных аргонавтов, генетически модифицированных ксианзаном, например.
Иное дело: люди, модифицированные каким-то экстремальным генвекториком. Как те фридайверы, с которыми была мимолетная встреча над колоннадой акрополя. Для них, похоже, глубина безопасна или почти безопасна. Но какая цена у такой экстремальной модификации? В смысле — биологическая цена? Малые модификации при корректном проектировании биологически бесплатны. Человек ничего не теряет. Он использует те возможности, которым потенциально обладает эволюционно-генетический надотряд эуархонтоглиры (включающий грызунов и приматов с тупайями и шерстокрылами)…
В этой мысленной точке Юлиан подумал, что водородный наркоз, все-таки не сказка. Водород при давлении более 12 атмосфер (т. е. на глубине более 400 футов) оказывает психотропное действие, как малые дозы LSD. Иначе Юлиан не вспомнил бы название «эуархонтоглиры». Впрочем, при разумных усилиях по самоконтролю, это безопасно.
Итак: при модификациях примерно в пределах потенциала эуархонтоглир, человек не теряет ничего. Но при выходе за рамки своего надотряда, человек теряет какие-то свои биологические свойства, возможно — ценные. И каждая такая модификация порождает альтернативу или — или: сохранить нечто, или отдать за приобретение чего-то иного. В каждом экстремальном генвекторике спрятана задача об альтернативе, и для решения подобных задач нет общего подхода. Выбор основывается на субъективных оценках…
…Додумывать эту цепочку мыслей Юлиан не стал, поскольку пришла пора по очереди подниматься через наркоторпедный аппарат в шлюзовую камеру субмарины. Тут тоже требовалось выполнение протокола безопасности по пунктам — стало не до мыслей. По протоколу полагалась 10-минутная пауза на декомпрессию и вентиляцию организма от водорода. Делать в шлюзовой камере нечего, кроме как болтать. Юлиан только-только собрался спросить, но его опередила Чоэ Трэй:
