Он порывисто схватил ее за плечи, встряхнул. Анда ощетинилась, резко вырвалась. Казалось – ударит. Ни слова друг другу не сказав, вновь пустили лошадей, теперь без оглядки. Туткуны остались позади, но не отстали. После долгой погони Саткын с андой приблизились к горе Чара, мрачно возвышающейся над людьми.
– Надо взобраться наверх. Там они нас не достанут.
– А лошади?
– Лошадей отпустим. Им не лошади нужны…
Они спешились и пустили Чыныгы и Буркут. Лошади, ломая сухую траву копытами, умчались прочь. Люди полезли по крутому склону вверх. Горец Саткын легко скакал по скалам, как серна. Анда держалась неуверенно, всем телом прижимаясь к отвесной скале. Видимо, ко всему прочему заныла больная нога. Под сильными пальцами ее то и дело надтреснуто соскальзывал щебень. Гонители быстро приближались к ним. Там, где не достанет человек, может достать стрела…
– Скорее! – торопил Саткын.
Бормоча себе что-то под нос, Жылдыз ускорилась. Оставивший ее далеко позади, Саткын обернулся. И как раз в этот момент ее нога не нашла опору, она повисла на руках. Со своего места он увидел, как ожесточились от напряжения ее скулы, как вздулись мышцы на плечах. Всадники у подножия приостановились. Самый первый неспешно достал лук из саадака, зажал меж пальцами стрелу…
Саткын протянул Жылдыз руку, рывком вытащил из пропасти. Метко направленная стрела сбила шапку у нее с головы. Ступив на твердую почву, они позволили себе побежать. Скоро ни один батыр бы уже не достал их оттуда. Предупреждая, они скатили несколько булыжников с вершины.
Когда воины исчезли из виду, они вытянулись на земле, разожгли костер. И Саткын, может, впервые, был рад, что его анда не из тех, кто будет рассыпаться в благодарностях. Ему необходимо было подумать.
Убедившись, что погони нет, они осторожно спустились. Жылдыз свистнула Буркут, вместе с ней прибежал и Чыныгы. Они продолжили свой путь.
Аул затих, не слышно и слова. Небо опустило свой ночной покров на землю. Вдруг Толкын услышала топот копыт. Внутри нее что-то натянулось, как тетива. Что за гости ночью? Почуяв неладное, она прошмыгнула между юртами, побежала. Да куда там!..
Всадник подскакал к ней, немыслимым образом очутился у нее за спиной. Толкын закричала:
– Аттан! Тревога! Враги!
Толкын резко увернулась. Протянутая рука всадника схватила воздух. Она рванулась в сторону, и чуть не столкнулась с мощной грудью боевого коня. Отскочив назад, поняла, что ей не сбежать. Похитители спешились, направились к ней.
– Вдвоем на одного – не стыдно? – насмешливо спросила она, внутри дрожа от страха.
– Если хан повелит, на одного пойдем и тысячей, – буркнул тот, что справа, и приблизился к ней. Тут Толкын прижала к его горлу нож – наверное, самый полезный подарок сестры.
– Который из ханов? Отвечай! – прикрикнула она.
Воин сглотнул, и посмотрел куда-то поверх нее. Не успела Толкын обернуться, как подъехавший сзади третий вор ударил ее по голове. Она без чувств повалилась вперед, на руки того, чьей жизни только что угрожала.
Азат сразу узнал голос Толкун, когда крик “Аттан” пронесся над аилом. Все высыпали на улицу, но, увидев, что всадники лишь забрали какую-то девушку, вернулись в юрты. Мало ли воруют девушек? Не ушел только Азат.
– Стойте! Толкун!..
Он побежал за ними, крича и размахивая руками. А они даже не обернулись, увозя девушку в степь. Рвя волосы на голове от отчаяния, Азат помчался в свою юрту. Спотыкаясь и чуть не падая, он вихрем влетел домой.
– Толкун украли!
Он полностью понял, что случилось, кажется, только когда произнес эти слова. Отец безразлично посмотрел на него и протянул:
– А-а, так это из-за нее весь шум? Долго же они ехали к этой потаскухе.
Азату стало нечем дышать. Так отвратителен вдруг стал ему родной отец. Он понял, что никто ему не поможет. Не произнося ни слова, Азат рванулся к выходу. Путь ему преградил старший брат.
– Куда собрался?
– Пусти!
Азат оттолкнул крупного, квадратного брата. И откуда взялась сила!.. Не оборачиваясь на их крики за спиной, он подлетел к своему коню, не седлая, взлетел на спину и помчался в погоню. О небо, дай мне успеть!..
В это же время, в паре конных переходов от них, от очередного толчка Жылдыз проснулся Саткын. Утренняя прохлада покрывалом лежала на степи. Подрагивающее марево рассвета только выглядывало из-за холма. Зевнув, он посмотрел на анду. Снова вздрогнув, анда закрыла голову руками и подтянула ноги к груди, сжавшись, будто черный раб, ожидающий удара. Саткын отвернулся и встал на ноги. Скоро проснулась и Жылдыз.
– Тьфу ты, и приснится же… – Зябко поежилась.
– Я понял.
– Что-то мне нехорошо… Долго еще до туткынов?
– Сегодня к полудню уже будем там. Вон они, видишь? – Саткын протянул анде бурдюк. Она бездумно глотнула кислый кумыс.
– Теперь да. Тут река рядом? – спросила Жылдыз, прислушавшись.
– Да.
– Завернем туда?
– Если хочешь…
Они вскочили на лошадей и неспешным шагом поехали к шумящей реке. Остановившись у бешеного, пенящегося потока, Жылдыз ополоснула лицо.
– Хорошо… Погоди, анда. Что это за река?
– Куа.
