— Да, вижу, — искренне удивился Малой, — а что в этом странного?
Действительно, что… Если галлюцинацию видят двое, значит никакая это ни галлюцинация, а самая что ни на есть реальность.
Я опустил глаза и вздохнул, наблюдая ладони, полные песка.
— Где прошлый раз допуск хранился?
— Что, Василий Иванович, надоело капаться?
Вот есть люди разумные, склонные к наукам, а есть абсолютно необучаемые, им что в лоб, что по лбу — бесполезно. Синицын как раз из числа последних. Сколько раз просил говорить по существу, но нет — мы будем язвить и острить, пока по горло не засыплет.
Уловив мой молчаливый посыл, пацан-таки соизволил ответить:
— В нижнем ящичке стола.
— А сразу нельзя было сказать, чтобы Василий Иванович не ползал на карачках?
— Я пытался, но вы велели заткнуться.
— Малой, не беси…
— Но вы сами приказали.
Да, приказал… спину прикрывать, а не в окно пялится, изображая обиженного. Устроить бы пацану взбучку, но какой в том смысл? Только время зря потрачу.
Выбросив из головы лишнее подошел к столу и продолжил прерванные поиски. Малой оказался прав: ключ-карта лежала в нижнем ящике стола.
— Василий Иванович, подождите!
— Чего еще?
— Карту не берите!
Поздно, красный пластик перекочевал со дна ящика в карман разгрузки.
— Ну все, — обреченно заявил пацан, — сейчас начнется.
И вскинул автомат, направив ствол в сторону распахнутой двери. Я же на всякий пожарный затаился за дубовым столом, достав пистолет из поясной кобуры.
Световые панели дрогнули раз-другой, и… продолжили гореть мягким ровным светом.
— Василий Иванович — труп! Следите за трупом!
Тело бывшего директора продолжало лежать в углу, не подавая признаков жизни. В здании царила мертвая тишина. Только шелест песка напоминал о себе, тонкими ручейками сбегая по стенам.
— Малой, может ты чего напутал?
— Нет, не мог я… Мы этот уровень раз сто перепроходили. Когда карточку берешь, срабатывает триггер: в здании выключается свет и труп директора оживает. И… и монстры отовсюду лезут, сразу через двери начинают ломиться. Здесь еще можно отбиться, а дальше начинается сплошное месиво. С потолка панели выламывают, прямо на голову прыгают и…
— Уходим, — оборвал я не в меру разговорившегося пацана. Первым выскочил в пустующий коридор — под ботинками захрустели крупинки кварца. Барханов заметно прибавилось, так что местами приходилось не бежать, а брести, с трудом поднимая увязающие в песке ноги.
— Василий Иванович, лифт! Лифт не работает! — неслось мне в спину.
Да какой не работает, когда работает — панель вызова горела мягким зеленым светом. Я нажал на кнопку, и створка кабинки неохотно отползла в сторону, вывалив наружу светло-рыжую массу песка.
— Лезь давай.
— Василий Иванович, может по лестнице?
— Кому сказано, лезь!
Синицын поводил стволом автомата вверх-вниз, но в лифт зашел. Аккуратно переставляя ноги, как обыкновенно делает кот на незнакомой территории. Я же осторожнчать не стал и ввалился следом, нажав на первый этаж.
Кабинка покачнулась и издав тихое «пыф-ф» на прощанье, закрыла двери. На электронном табло замелькали цифры, отмечая стремительное движение вниз. Из зеркальной стены напротив уставилось изображение нахальной девчонки. Странное дело, но я уже вроде как сроднился с ней и даже начал привыкать к новому образу. Воспринимал ее ни как свое альтер-эго, а как младшую сестренку, веселую и ловкую, способную раскрутить капитана Кравцова на дополнительную пачку патрон. Палец ей в рот не клади, откусит по самый локоть. Уж больно шустра малявка.
В кабинке тренькнул, и на панели загорелась цифра один — все, приехали. Створки с трудом разъехались, выпуская наружу скопившийся песок. Пацан, а следом и я, выбрались в холл, наполненный бесконечным шуршанием, словно тысячи змей ползали по стенам.
— Василий Иванович, погоди, проверить надо.
Малой потянулся было за спиннингом, но я остановил его:
— Вперед!
— А вдруг аномалии?
— Нет здесь ничего.
— А вы откуда…
— Оттуда. Двигай вперед, а я прикрывать буду.
— Почему это вы прикрываете?
— Потому что не хочу, чтобы снова в затылок рикошетом попало. Еще вопросы будут — нет? Ну и отлично, тогда ветром дуй, пока к херам не засыпало.
Мы выбрались из песочного небоскреба и нисколько не заботясь о скрытном перемещении, ломанулись к воротам. Бежали напрямки, по пустынной улочке, по заставленной машинами магистрали, и мостику, перекинутому через монорельс. И хоть бы одна завалящаяся амеба…
Не встретив сопротивления, наша парочка вскоре оказалась у цели. Малой завертел коротким стволом, выискивая потенциального противника. Я же, не тратя времени на пустые сомнения, засунул карту в приемное отделение. Внутри механизма хрустнуло, пискнуло, после чего дисплей загорелся зеленым цветом извещая, что доступ разрешен.
Мир вокруг посерел, а перед глазами возникло системное сообщение:
