Ах ты ж, зараза такая, Илья Анатольевич… манипулятор очкастый. Знаешь, как девчонок на свою сторону привлечь. Бабы они что, они по натуре своей существа жалостливые: скулящего кутенка покажи, всю ночь плакать будут. Или фотографию солдата, только что вышедшего из пекла боя. Понятно, что взгляд у бойца будет «охреневающий», как и у любого другого человека опасной профессии. Вон, пожарные охреневают не меньше нашего, только их психическим здоровьем почему-то никто не озаботился. Может причиной всему злосчастные бабки? МЧС контора бедная, с нее много не возьмешь, а вот с министерства обороны — пожалуйста… Главное, болячки не забывай придумывать, и лечение, чтобы непременно дорогостоящее.
— Если вы все знаете, тогда чего хотите от меня? — задала девушка главный вопрос. — Удалить последнюю запись игровой сессии?
— Зачем? Продолжайте записывать, передавать материалы профессору. Пока Гладышев соблюдает положенную дистанцию, меня все устраивает.
— Тогда не понимаю…
— Видите ли в чем дело, дорогая Диана Ильязовна, — я с трудом разместился напротив: гребаное колено не хотело сгибаться. — Вы смотрели последнюю игровую сессию?
— Н-нет, — как-то неуверенно, с запинкой произнесла девушка, словно опасалась дальнейших разоблачений.
— Не против, если мы вместе поглядим?
— Да… то есть нет, не против, — она взялась за серебристую крышку ноутбука и тут же остановилась, с подозрением уставившись на меня. — А откуда такой интерес?
— Объясню позже, — пообещал я. Нагнулся над столом, ожидая увидеть экран, но девушка и не подумала разворачивать ноутбук в мою сторону. Вместо этого сказала:
— Я выведу картинку на телевизионную панель.
Хорошо… панель, так панель. Я развернулся и поудобнее устроился на стуле. Рядом скрипнула мебель — это Малой уселся по соседству. При этом вид имел сосредоточенный и рот держал на замке, что главное.
Поверхность школьной доски дрогнула, переключаясь в режим экрана. Появилась таблица, стремительно пробежали столбцы цифр и пошла видеозапись. Знакомая улица, залитая ярким солнечным светом. Булыжная мостовая и ажурный заборчик, ограждающий зеленые побеги. Появился тонкий девичий силуэт — цифровое тело, которым я управлял. В коротких обтягивающих шортиках на лямках и узкой полоской ткани на груди, по недоразумению называемой одеждой. Дальше должна была последовать сцена соблазнения… точнее раскрутки капитана Кравцова на упаковку патронов.
— Промотайте, будьте добры.
— А я бы посмотрел, — подал голос Синицын.
— Малой, ты еще здесь? Тебе разве уроков не задавали?
— Все, молчу-молчу, — пацан поднял ладони, признавая ошибку. И правильно сделал, потому как выслушивать подколы у Василия Ивановича не было ни желания, ни терпения.
Замелькали картинки — двухчасовые события проносились по экрану со стремительной скоростью. Вот наша парочка вышла на улицу, а это уже в гостинице, готовимся к прохождению седьмого уровня. Дрожит панорама мертвого города с улицами, застывшими в вечных пробках. Створки высоких ворот и горящая красным цветом панель с надписью «в доступе отказано». Прогулка вдоль забора и короткая схватка с нечистью в модульной лаборатории. И вновь улицы, вновь дома, залитые багрянцем закатного неба. Зеркальная поверхность зданий отражала лучи заходящего солнца, ловила и искажала до неузнаваемости контуры объектов, в которых с трудом угадывались деревья и проплывающие в вышине облака. А вот и острый шпиль небоскреба возник на горизонте.
— Стоп, — успел скомандовать я, прежде чем парочка вошла внутрь. Парочка… звучит как-то странно. Огромный здоровяк Синицын и невысокая, вертлявая девчушка под моим управлением: они скорее напоминали отца с дочерью, чем двух влюбленных.
Вот крепыш потянулся к висящему за спиной рюкзаку. Отцепил спиннинг, привычным движением проверив леску с грузом. На заднем плане мелькнула девчушка с карабином наперевес.
— А можно картинку настроить, — подал голос Малой.
Я и сам хотел попросить об этом. В последние минуты изображение дергалось, мешая наблюдать за происходящими событиями. На экране с завидной регулярностью появлялись полосы, расползающиеся и рвущиеся на части. Они танцевали, множились, заслоняя собою обзор и уже не разберешь, где Малой со спиннингом, а где я, вынужденный прикрывать его спину. Поплыла контрастность, нарушилась цветопередача, превратив происходящее на экране в сплошной театр теней.
Диана остановила запись, и зашелестела клавишами ноутбука, копаясь в настройках. Спустя минуту появилось изображение и увы, с прежним результатом: сплошные помехи.
— Странно, потерь кадров не обнаружено. С картой захвата никаких проблем, может все дело…, - девушка умолкла, прикусив нижнюю губу.
— Не трудись понапрасну, — остановил я её, — вряд ли получится исправить картинку.
— Почему вы так в этом уверены? Вы… вы ожидали подобного результата?
Я лишь пожал плечами. Чего ждал и сам толком не пойму, вот только происходящее ни капельки не удивило.
— Диана, помните мы говорили с вами о проблемах, возникших во время прохождения третьего уровня?
— Это когда произошел сбой, и в жилом здании появился бункер?
