– Гаррет, пораскинь мозгами. Я для себя решила, что Маренго слишком занят собой и своими предрассудками, чтобы нанимать эту парочку. Он бы послал подчиненных. И остальные большие рыбы, думаю, тоже. По крайней мере, с первой попытки.
Я припомнил слова Тамы Монтецумы: дескать, библиотекаря найти трудновато, потому что Маренго и прочие не желают платить приличных денег.
– Сходится, – пробормотал я.
– Что сходится?
– Синдж, как выследить того, кто не оставляет запаха? – Для верности я добавил поясняющий жест, дабы мы поняли друг друга наверняка.
Пулар Синдж – серьезная молодая особа, готовая трудиться не покладая рук при наличии достойной цели. Вообще великая вещь – целеустремленность: было бы желание, а с желанием и горы свернуть можно.
– Я бы следила за теми, кто идет за ним, – ответила Синдж, поразмыслив. – Но они могут бросить погоню, когда поймут, что их перехитрили.
В последнее время мне удавалось перехитрить разве что себя самого. Но Синдж мы об этом напоминать не станем, верно?
Когда Пулар отвернулась, Белинда и Морли одарили меня усмешечками. Таковы друзья: всегда готовы подколоть, чтоб показать, как они вас любят. Впрочем, если так рассуждать, получится, что у Гаррета в друзьях весь мир.
– К Плеймету идти нет смысла, – сказал я. – Им наверняка известно, что мы с ним дружны. Пойду я лучше к Вейдеру. – Возвращаться в поместье Маренго в темноте – уж увольте. – Синдж… Куда она подевалась?
– Побежала следить за теми, кто следит за тобой, – отозвался Морли.
– Она влюблена, Гаррет, – добавила Белинда. – Такое случается со многими женщинами, которые видят тебя в первый раз. Она готова расшибиться в лепешку, лишь бы ты погладил ее по спинке. Подожди недельку, она придет в себя.
Выложив все это, Белинда хихикнула, Морли расхохотался, а сверху, с высоты второго этажа, донесся утробный гогот и нечто желто-зелено-красное сорвалось с карниза, размахивая крыльями. Дотс, как ни странно, ничего не заметил. Возможно, попугай показался только мне – так сказать, дал понять, что знает, где меня искать в случае чего.
– Извини за прямоту, но выглядишь ты, как дерьмо на палочке, – изрек Макс. – По мне, уж лучше бы совсем разделся. Где та одежда, которую мы тебе дали?
– Потерял и пришел за новой, – холодно предположил Гилби.
– Скажите честно, за последние сутки я тут ничего не натворил?
– А должен был? – устало осведомился Манвил.
– Дело в том, что по городу бегают мои двойники и устраивают пакости. А вы, ребята, какие-то смурные. Вот я и подумал…
– Прости, мы не нарочно. Так уж получилось. А смурные мы оттого, что ты ничего не выяснил. Плюс стоит тебе появиться, как начинается всякая хренотень.
Я не моргнул и глазом. Против правды что возразишь?
– Думаю, скоро все изменится. Картинка потихоньку проясняется. Я хочу знать, кто паковал одежку, которую вы мне прислали. На ней был «жучок», следящее заклинание, и оборотни могли следить за каждым моим шагом. – Жаль, что я на деле не могу раздвоиться. В моей профессии такая способность была бы неоценимым подспорьем.
– Дженорд, – ответил Макс. – Одежду упаковывал Джеррис Дженорд. – Только он это сказал, как я и сам вспомнил: имя Дженорда поминалось. Вот и доказательство. Да… Может, меня слишком часто по голове били, что я очевидные вещи пропускать стал? Или от пива отупел?
Признаться, я даже немного обрадовался. Хорошо, что это Дженорд. Гилби подозревать не хотелось, он мне нравился.
Теперь ясно, чего Дженорд так разнервничался, когда Ланс с Таем его у двери застукали. Наверняка там был кто-то посторонний, кто-то, кого не должны были увидеть… Но что его связывало с оборотнями? Сам-то он не оборотень, мы это установили.
Одну ниточку между Дженордом и Черными Драконами я мог назвать и сам. Братство коммандос. Как бы Дженорд ни выглядел, у него имелась нарукавная повязка вольного сообщества, состоявшего из бывших коммандос. С прибытием в город полковника Теверли Братство Волка, до того ходившее в фаворе, оказалось не у дел – во всяком случае, формально. Но я был уверен, что они по-прежнему действуют, по-прежнему подсобляют Норт-Энглишу. И тот оборотень в поместье Маренго…
– Чего?
– Я сказал: «Почему бы не спросить Дженорда?» – повторил Гилби. – Он же в тюрьме, правильно?
Разумеется, правильно. Но тащиться в Аль-Хар было свыше моих сил. И без того я за сегодняшний день отмахал немало миль.
– Не возражаете, если мы с друзьями у вас чуток передохнем?
Действие настоя заканчивалось, синяки и шишки болели все сильнее, а глаза слипались сами собой.
– Подыщи им местечко, Манвил, – велел Макс. По его тону можно было догадаться, что он разочаровался во мне. Что ж, я не виню его. Я и сам в себе разочаровался.
Старательно избегая коридоров, где навстречу могли попасться слуги, Гилби провел нас в комнату, предназначенную, судя по всему, для отдыха заезжих торговцев. Белинду он не узнал, а с Морли он знаком вообще не был (но с ходу угадал, что перед ним – эльф-полукровка) и держался до отвращения вежливо.
