Все повскакали со своих мест и ринулись в коридор. Там Пикачу и Аня возили за волосы поверженную на пол Изабель, а Сандралэнд безуспешно пыталась оттащить разъярённых девиц от подруги.
– Сучка! Дрянь!!!
– Пусти, гнида… Ааааааа!!!
– Лахудра! Шлюха! Шмара поганая! Проститутка!!! – вопила Аня.
– Вот тебе, сволочь! Получай, потаскуха!
– Макс! Макс!!! Андрей! – звала Сандралэнд, – Господи, что же они там, уснули все что ли?! Александр! Помогите кто-нибудь!!!
Парни ринулись разнимать дерущихся. В одну секунду растащили всех в разные стороны. Аня рыдала. Пикачу билась в истерике. У Изабель из уголка рта текла кровь.
– Господи, какой кошмар! – застонала Олива, – И это называется праздник…
– Да, нехорошо получилось, – вздохнул Салтыков.
На этом, собственно, и закончилась вечеринка. Все как-то быстро стали расходиться по домам.
– Я утомилась за сегодняшний день, – сказала Аня, проводив в прихожей добрую половину гостей, – Пойду, пожалуй, спать.
– Кузя, ложись с нами в гостиной, – предложил Салтыков. Олива удивилась, почему он не положил Кузьку спать в другой комнате, однако промолчала.
Между тем, все разбрелись по койкам. Салтыков, едва положив голову на подушку, тут же отвернулся к Оливе жопой и захрапел. Если учесть, что они два месяца были в разлуке и только вот сейчас наконец-то встретились, Оливу этот жест очень оскорбил. Но ей не хотелось сейчас ругаться и выяснять отношения при Кузьке, к тому же она смертельно устала с дороги и сегодняшней скандальной вечеринки.
Однако уснуть не получилось – Кузька оказался на редкость болтливым парнем, и до пяти утра Олива с Кузькой не спали, всё болтали о жизни и философствовали под саундтрек салтыковского храпа.
– Олива, а почему ты не стала учиться дальше? – спросил её Кузька, – Обстоятельства не позволили? Или сама не захотела?
– И то, и другое, – отвечала она, – Во-первых, меня никто не обеспечивает и приходится самой зарабатывать себе на хлеб; а совмещать учёбу и работу очень сложно. К тому же, – добавила она, – Ты же знаешь, я училась в Геологоразведочном Университете, пробовала совмещать учёбу с работой, и в итоге не успевала ни там и ни там.
– Да, трудно, конечно, – посочувствовал Кузька, – Но ведь ты могла бы перейти на заочную форму обучения. И работать бы смогла, и диплом бы о высшем образовании получила…
– Всё это так, – усмехнулась Олива, – Но проблема в том, что мне абсолютно неинтересна учёба. Я всегда ненавидела учиться, ещё в школе. А от геологии меня вообще тошнит. Изучать все эти мёрзлые грунты, чертить эти грёбанные разрезы, графики ГИС… данунах…
– Зачем же ты пошла в геологоразведочный, раз тебе не нравится? – изумился Кузька, – Ведь есть же масса других специальностей. Выбрала бы то, что тебе интересно…
– В том-то и проблема, что мне ничего не интересно, – отвечала она, – А в институт пошла просто тупо парня себе найти.
– И как, успешно?
– Не-а. Только время потеряла.
– Чё ж так плохо, – усмехнулся Кузька.
– Да вот так, – отмахнулась Олива, – Там свои девушки имеются. И куда красивей меня…
– Ну не скажи, – усомнился Кузька, – Ты симпатичная девушка.
– По архангельским меркам может и симпатичная, – Олива горько усмехнулась, – А в Москве такие как я, увы, не котируются. Там другие критерии, предпочтение отдаётся высоким, стройным, гламурным… Я, видать, до этого уровня не дотягиваю.
– Поэтому ты поехала искать жениха в Архангельск?
– А ты, я вижу, проницательный. Да, поэтому, – сказала Олива, – Ты веришь в то, что мне двадцать один год и я фактически ещё девственница?
– Не очень, – усмехнулся Кузька, – Но ты права: девственность в двадцать один год – это ненормально.
– Но тем не менее, это так. И не потому что я там какая-нибудь недотрога вроде Мими – нет, просто мне не повезло. Говорят, обязательное условие успешного человека – оказаться в нужном месте и в нужное время. Я же родилась не в том месте и не в то время…
– Не драматизируй. Ты симпатичная, неглупая, у тебя есть всё для того, чтобы быть успешной. Твоя жизнь – в твоих руках. Почему она должна зависеть от кого-то постороннего?
– Потому что я женщина. Стоить карьеру, заниматься бизнесом – прерогатива мужчины. Я считаю, что Бог создал женщину исключительно для домашнего очага, – пояснила Олива, – И своё счастье я вижу не в работе, а в замужестве. Даже моя учительница в школе часто говорила нам: "Насчёт института пусть мальчики парятся, а для девочки главное – удачно выйти замуж".
– То есть ты хочешь, выйдя замуж, совсем не работать?
– Это было бы идеально, – вздохнула Олива, – Но до свадьбы ещё дожить надо…
Салтыков, не просыпаясь, сбросил с себя одеяло. Ему было жарко, и вся футболка у него была мокрая. Олива укутала его одеялом и прильнула лицом к его спине.
Острая волна нежности и любви к нему накрыла её с головой.
– Ты такая заботливая, – заметил Кузька, – Что мне даже совестно…
– С чего это тебе совестно?
– Не обращай внимания. Я очень совестливый человек. И теперь я вот смотрю на тебя, на то, как ты его одеялом укутываешь, и меня совесть гложет…
