– Винс проспит до следующего вечера. – со знанием дела сказал Йормэ. – Они всегда восстанавливаются очень долго.
Мажена прикусила язык, чтобы не съязвить о жертвах лисьей вспыльчивости. Йормэ достаточно часто вгонял кого-нибудь в лед, чтобы в столичном управлении об этом стали шутить. От законной расплаты лиса спасала лишь раздражающая многих неприкосновенность аристократов. Пошатнуть которую толком не удалось даже делу про Мясника, долгое время державшего в страхе всю столицу.
– Меня беспокоит не то, что Бэтти или Винс могут невовремя очнуться. – призналась Мажена. – Я опасаюсь, что кто-то может за ними прийти.
– Тогда мы тоже останемся. – сказала Вейя. Она признавала, что Мажена сильная ведьма и способная стражница, но не могла перестать о ней волноваться.
– Слышала, что Йормэ недавно сказал? – Мажена улыбнулась. Забота Вейи, иногда неловкая, но всегда искренняя, была очень теплой. – Тебе нужно отдохнуть.
– Алан просидит в управлении еще час. – заметил Йормэ. Он неожиданно впал в благодушие, осознав, что впервые с прибытия в город Вейя будет ночевать одна. – У нас есть время, чтобы действительно где-нибудь поужинать.
Сопротивляться Мажена не стала. Она так боялась оставить Бэтти наедине с Эдной, что не отлучалась из управления ни на минуту, пропустив и обед, и вечерний чай… и все, что только могла. Поэтому охотно согласилась поесть вместе, оставив ненадолго все заботы на ничего не подозревающего сержанта.
После плотного, горячего ужина Вейе стало только сложнее оставаться в сознании. Она с трудом добрела до доходного дома, упрямо отвергнув предложение лиса донести ее.
Вейя видела, как дочери госпожи Келли смотрели на Йормэ, и не хотела, чтобы они возненавидели ее. У нее и без ревности двух юных девушек было полно проблем.
Стоило только входной двери распахнуться, и в гулком холле, как по волшебству, появилась улыбчивая Вила. Через несколько секунд показалась и ее сестра. Вейя слабо улыбнулась, услышав слова приветствия, и медленно поднялась наверх. Она слышала, как Вила с тревогой спросила:
– С ней ведь все хорошо?
Йормэ, оценивший проявленный к Вейе интерес, вполне дружелюбно посетовал на непростое расследование и недосып, которые вот-вот должны были свалить саламандру с ног. Он чуть отстал из-за короткой беседы и догнал Вейю, когда она была уже рядом с комнатой.
– Я первая в душ. – сказала она и захлопнула дверь прямо перед носом Йормэ.
Он не расстроился. Дождался, когда Вейя выйдет сама, и проводил ее до двери душевой, оставшись сторожить ее покой в коридоре и пытаясь усмирить свой хвост. От одной только мысли, что сегодня он сможет провести ночь рядом с Вейей, его переполнял восторг. Делить комнату с незнакомым мужчиной, от которого несло сигаретным дымом и дешевой выпивкой, было мучительно еще и потому, что Йормэ знал, что совсем рядом находится Вейя, от которой всегда пахло так, что скулы сводило от желания откусить от нее кусочек.
Йормэ не заметил, как пролетело время, поглощенный своими мыслями. Койки в доходном доме были прикручены к полу, и чтобы перетащить кровать Мажены поближе к Вейе, ему пришлось бы выдрать ее из пола. И Вейя непременно будет ругаться. Но он мог стащить на пол матрас. Тот был недостаточно тонким, чтобы сквозь него ощущался холод пола. И так Йормэ сможет хотя бы подержать Вейю за руку…
Вейя выплыла в коридор, особенно сильно благоухая яблоками и лениво просушивая потемневшие от воды волосы. Все ее вещи уместились в мягкую плетеную сумку, висевшую на локте. В отличие от Мажены и Йормэ, успевших забыть годы в академии и плохо приспособленных к условиям общежитий, Вейя была хорошо готова к подобному.
Увидев лиса, она удивленно замерла.
Йормэ тоже застыл, жадно глядя на нее. Вейя стояла прямо перед ним в ночной сорочке из плотной белой ткани, достававшей ей до щиколоток. С длинными рукавами и тонкой вышивкой на груди, где мелкие перламутровые пуговки были небрежно застегнуты до ключиц.
Из-за сложного дела и разнообразных препятствий, мешавших Йормэ и Вейе побыть наедине до этого момента, он и не представлял, насколько прелестна она выглядит в старомодной одежде.
Ночную сорочку ей почти насильно вручила госпожа Келли, заявив, что в ее доме незамужние девушки не будут ходить в вульгарной одежде…
Вульгарной она считала мужскую пижаму, которую Вейя очень любила. Ссориться с управляющей саламандра не хотела, поэтому смиренно согласилась носить в этом доме «приличную» одежду.
И сейчас Йормэ был даже немного благодарен госпоже Келли за ее настойчивость. Ведь благодаря этому он сумел увидеть Вейю… такой.
– Ты почему здесь?
– Это называется забота, пирожочек. – мягко заметил он, борясь с желанием прикоснуться. Убедиться, что она реальна и это не плод его ненормальной фантазии. – Мне казалось, мы уже давно выучили это слово.
Она качнула головой, давая понять, что уйти от темы не получится. Расслабленная после горячего душа, Вейя должна была прикладывать все силы к тому, чтобы просто говорить.
– Ты тоже устал.
