– А любовное зелье чем ему поможет? – полюбопытствовала Мажена. Она не была уверена, что девушка настолько отчаялась, чтобы опуститься до покупки сомнительных зелий, но поведение Нэйни с каждой секундой все сильнее уверяло ее в том, что подозревает она не зря.
Нэйни и правда отчаялась. Она понимала, что времени осталось совсем мало, а безжалостный лис все никак не желал ею интересоваться. Не учась на своих же ошибках, она еще раз решила довериться незнакомым и не внушающим доверия людям.
– Я совершенно не понимаю, о чем вы. – нервно и слишком поспешно произнесла она.
– Ну разумеется. – покладисто согласилась Мажена. Но улыбалась она при этом так понимающе и неприятно, что Нэйни ощущала себя абсолютно беззащитной. Казалось, ведьма видела ее насквозь. – Вот только предупреждала ли ты мастерицу, продавшую тебе зелье, что приворожить ты хочешь оборотня, а не простого человека? Потому что для оборотней нужна совсем другая концентрация. Они непрошибаемые, как гранитная стена.
Нэйни заволновалась. Переводя встревоженный взгляд с чашки на Йормэ, она окончательно подтвердила подозрения ведьмы…
Хотя Мажена врала. Она знать не знала, есть ли какая-то разница между приворотом человека и оборотня. Но ничего страшного не случилось бы в любом случае, даже если Йормэ выпил бы принесенный чай. Любовные зелья, вопреки своему кричащему названию, были не в состоянии именно влюбить. Все, на что хватало заложенной в них магии – повысить симпатию.
В столице такими зельями пользовались многие, начиная от романтичных дурочек из рабочих кварталов и заканчивая наивными и легкомысленными юными аристократками. Это было безобидное, но довольно дорогое развлечение.
И Мажена могла бы промолчать, чтобы не ставить Нэйни в неловкое положение. Но она не хотела молчать. Потому что Нэйни ей не нравилась. Вот Вила, с ее веселым нравом и мягким напором, вызывала симпатию и даже казалась ведьме милой. А Нэйни нет.
– Мы должны убраться отсюда как можно скорее. Пока меня не отравили. – озабоченно сказал Йормэ. Он ни разу за все дни даже не думал щадить чувства Нэйни. Если Мажене девушка просто не нравилась, то лиса она раздражала. И сейчас, увидев, как блеклые глаза наполняются слезами, он не чувствовал себя виноватым.
– Мы все равно будем вместе! – угрожающе пообещала Нэйни. – После всего, что я пережила, мне полагается награда.
– После всего, что пережил я, мне тоже кое-что полагается, – проворчал Йормэ и обернулся к Вейе. – Когда ты уже сделаешь мне предложение, пирожочек? Если не поторопишься, меня опоят и окольцуют.
– Я бы сделала тебе предложение хоть сейчас, но у меня нет кольца. – заверила Вейя, чем потрясла до глубины души сразу всех. И Йормэ, который не ожидал такого ответа, и Мажену, которая не привыкла к откровенности саламандры, и Нэйни… Нэйни была шокирована сильнее всех, потому что понимала, что такая желанная добыча собиралась ускользнуть из рук.
Йормэ первым пришел в себя и стремительно поднялся, забыв про спину и почти целые, но все еще ноющие ребра – кости у него срастались куда быстрее, чем заживали ожоги.
На столе, рядом с тремя чашками, оттесненными к краю подшивками газет, лежал бумажный сверток, в котором еще осталось несколько мелких, сдобных бубликов в медовой глазури. Йормэ выбрал самый круглый и протянул Вейе.
– Давай, пирожочек. Вот тебе кольцо. Лучше не придумаешь. – он собирался воспользоваться моментом.
Вейя недолго сомневалась. Она осторожно приняла бублик из рук лиса и вздрогнула, когда он рухнул перед ней на колени.
– Кажется, ты что-то перепутал. – весело заметила Мажена.
– Я и сам догадался. – сдавленно огрызнулся Йормэ, пережидая вспышку боли. Прокатившись по всему телу, боль отдалась в затылке и ненадолго сжала виски горячими тисками.
Вейя помогла ему подняться и замерла в нерешительности. Она боялась, хотя и понимала, что все это не похоже на серьезное предложение и едва ли Йормэ потребует от нее взять ответственность за все, что сейчас произойдет.
– Это нечестно! – дрожащим голосом выпалила Нэйни. Вейе даже стало ее немного жаль. Ей всегда было жаль поклонниц Йормэ.
– Немного не по правилам, конечно, – бодро согласился с ней лис, – но все честно. Давай, пирожочек, не томи. Мне вредно нервничать и лучше избегать физических нагрузок.
– Ладно. – Она откашлялась. – Йормэ, не согласишься ли ты…
– Я согласен! – нетерпеливо провозгласил он, протягивая Вейе руку. – А теперь одевай.
Когда бублик оказался у него на пальце, Мажена захлопала в ладоши. Йормэ, забыв о том, что ему стоит избегать физических нагрузок, сгреб Вейю в крепкие объятия.
Уткнувшись в его плечо носом, ощущая терпкий запах лечебных трав, Вейя тихо произнесла:
– Но ты же понимаешь, что…
Вейя не хотела, чтобы все было так нелепо, быстро и неловко. Для нее предложение было очень важной частью жизни, потому что это значило, что в скором времени они с Йормэ могли бы стать настоящей семьей. И Вейя хотела сделать все как следует.
– Все я понимаю. – прошептал Йормэ ей в волосы. – Дай порадоваться немного. Потом скажешь, что это не считается.
