Ссыльные поселенцы Муравьевы - Александр Михайлович и его жена Жозефина Адамовна - часто появлялись у Менделеевых. В Тобольск они приехали год назад. Их дом был неподалеку от менделеевского - на углу Абрамовской и Мокрой. Получая помощь от состоятельных родственников, Муравьевы вели безбедный образ жизни, навещали друзей и принимали их у себя.
Столь же открыто жили и Фонвизины, устраивавшие у себя литературные и музыкальные вечера. Их украшением являлась хозяйка - Наталья Дмитриевна Фонвизина. Несмотря на зрелый возраст, она сохранила былую красоту и иногда с улыбкой говаривала: "Пушкин писал с меня свою Татьяну..."
Мите не верилось, что эту полнеющую, хотя и красивую даму встречал на балах великий поэт, и он спрашивал у матери:
- Как же так? Ершов и Плотников говорили, что портрет пушкинской Татьяны списан с Марии Волконской? Слова твоей подруги смахивают на хвастовство.
- Не торопись обвинять, сынок, - отвечала Марья Дмитриевна. - В Татьяне много от Волконской, но есть и фовизинское... Судьба Натальи Дмитриевны очень напоминает судьбу Татьяны. Дочь костромского предводителя дворянства Апухтина, она отличалась весьма привлекательной внешностью. Несколько претендентов добивались руки красивой девушки из состоятельной семьи. Одному из них Наташа ответила взаимностью. Все клонилось к свадьбе, но вдруг Апухтин разорился. Кавалеры исчезли, в том числе и жених.
- Он пренебрег Наташей, как Онегин юной Татьяной?
- Онегин действовал бескорыстно. Жених же Наташи хотел заполучить не только красавицу, но и солидное приданое. Он бросил полюбившую его девушку. Апухтина вышла замуж за Фонвизина, героя войны с Наполеоном. В 1812 году он был адьютантом у самого Ермолова, затем командовал полком. В год свадьбы Михаил Николаевич вышел в отставку, выслужив уже генеральские эполеты. Фонвизин старше своей жены на 17 лет. Вскоре после свадьбы молодожены поехали в Москву. Там молодая Фонвизина блистала на балах, приковывая внимание мужчин. Среди них оказался и когда-то ее покинувший. Паркетный щеголь снова пытался завоевать расположение Натальи, но был решительно отвергнут. История получила огласку. По слухам, она стала известна и Александру Сергеевичу. Так что, Митенька, не спеши с выводами... Наталья Дмитриевна - достойнейший человек. В 23 года она добровольно последовала в Сибирь за мужем, осужденным на каторжные работы. Каждая ли на такое способна?
Марья Дмитриевна неспроста вступилась за подругу. Она ее любила. Фонвизина и ее муж навещали Менделеевых, внося оживление в собиравшуюся там компанию. Вот и в тот вечер, о котором идет речь, Наталья Дмитриевна увлеченно беседовала с инспектором Ершовым, вспоминала общих петербургских знакомых.
- Вы не только превосходный поэт, но и милый человек, - с улыбкой говорила Фонвизина. - У вас доброе лицо. Нет, очки его совсем не портят. Напротив, придают оттенок еще большей интеллигентности. Жаль, что у вас многочисленное семейство, иначе бы я вскружила голову такому обаятельному мужчине... Не волнуйтесь, оставлю в покое. Лучше покорю сердце Михаила Лонгвиновича. Не возражаете, сударь?
Этот шутливый вопрос был адресован стройному брюнету - молодому преподавателю гимназии Попову. Тот слегка зарделся, но оценил юмор собеседницы:
- Вы в состоянии обворожить любого. Особенно, когда одеты в это строгое черное платье. Однако я устою перед вашими чарами, поскольку всецело предан Машеньке...
Окружающие засмеялись, глядя на смутившуюся Машу Менделееву... Домашние и их друзья были осведомлены, что она и Попов без ума друг от друга и близится день их помолвки.
- Не волнуйтесь, Маша, - успокоил девушку Ершов. - Как инспектор я обязан наблюдать за нравственностью и поведением не только гимназистов, но и преподавателей. Пока при всем усердии за Михаилом Лонгвиновичем ничего дурного не замечено. Однако не будем молодого человека смущать, а попросим спеть. У него славный голос.
Учитель не заставил себя упрашивать и, взяв гитару, спел под собственный аккомпанемент романс на стих Батюшкова "Разлука". Ему от души хлопали.
"Какой одаренный, скромный человек!" - думал Митя, наблюдая за Поповым. Ему нравились гости, собиравшиеся в их гостиной. Он гордился, что у родителей такие друзья...
Вечер между тем продолжался. Фонвизин рассказывал о войне с Наполеоном, вспомнил заграничный поход русской армии, в котором ему довелось участвовать. Потом Маша и Лиза, набросив на плечи цветастые платки, сплясали "цыганочку". Им подыгрывал на гитаре Попов. Затем Марья Дмитриевна пригласила всех чаевничать.
Время летело незаметно. Часы пробили десять, гости ушли. Проводив последнего, Марья Дмитриевна, уступая просьбе детей, согласилась почитать им перед сном. Паша и Митя устроились поудобнее на диване в кабинете и приготовились слушать. Обычно Марья Дмитриевна читала им по вечерам стихи Пушкина, Жуковского, повести Гоголя, занимательные рассказы из приложения к журналу "Отечественные записки", который выписывали Менделеевы.
