Жажда полностью

– Может быть, – идет ва-банк миссис Макрекен.

Отец смотрит на сидящих за столом как прокурор на жюри присяжных и изрекает:

– Делиться нужно либо всем, либо ничем. Середины не бывает.

– Благодарю вас, Магистр Йода! – произносит Жаки.

Думаю, родители Келтона не в первый раз спорят по этому поводу, потому что сам Келтон быстро, без подготовки вступает в разговор:

– Это называется психология дефицита и синдром обездоленности, – говорит Келтон, чувствуя необходимость защитить отца, хотя это выглядит так, словно он за отца извиняется. – Добавьте к этим факторам динамику функционирования толпы, и вы, действительно, получите на выходе неуправляемую массу, которая раз за разом станет забирать у вас все больше и больше, пока вы не останетесь без малейших запасов.

– Дефицит, – произносит задумчиво Жаки. – Отличное слово. Скоро ты догонишь меня в тестах.

– Так думают полные банкроты и эгоисты, – говорит миссис Макрекен.

– Но он прав, – слышу я вдруг собственный голос, что удивляет всех, в том числе и меня. Я думаю о том, как наши соседи делили принесенную мной воду и как кто-то из них готов был наброситься на меня – поделившуюся с ними этой водой. Но я понимаю и миссис Макрекен, хотя и не могу встать на ее сторону. Это не вина, а беда наших соседей, и когда люди видят прямую угрозу собственной жизни, то хватаются за любой вариант спасения. Если же ты не хочешь, чтобы это происходило за твой счет, отойди в сторону.

– Либо ты оставляешь двери настежь, либо запираешь, – говорю я с сожалением и печалью. – Люди слишком сложные создания, чтобы им можно было доверять в ситуации между этими крайними положениями.

Миссис Макрекен изучающе смотрит на меня, считая, вероятно, что я ее предала.

Зато ее муж глядит на меня с удивлением, почти с гордостью, отчего я чувствую себя крайне неуютно. Неужели мое вступление в ряды воинства Сатаны завершено? Тошнотворное ощущение.

Мистер Макрекен откашливается.

– Это уже не имеет значения, – говорит он. – На рассвете мы отправляемся в наше убежище.

– Что за убежище? – недоуменно спрашивает Гарретт.

– Укрытие, – объясняет Келтон. – Тайное место, куда мы должны уйти в случае глобальной катастрофы.

– И когда мы уезжаем? – спрашивает Жаки.

Келтон не отвечает, и по его молчанию я понимаю, что мы не входим в качестве параметров в уравнение мистера Макрекена.

– Там хватит места только для нас, – говорит он. – Мне очень жаль.

И, как мне кажется, он искренен. Что до меня, то, откровенно говоря, пока я не думала о том, что будет со всеми нами и со всем миром после этого ужина. Не было времени как-то рассчитать будущее – даже краткосрочное. Но затем мистер Макрекен говорит то, что кажется мне поистине удивительным:

– Алисса! Я хочу оставить тебе ключи от этого дома.

– Что? – переспрашиваю я.

– Я научу тебя пользоваться нашей системой безопасности и покажу все наши ловушки. Все наше хозяйство на все это время будет принадлежать тебе.

Он смотрит на Жаки и без особого энтузиазма добавляет:

– Всем вам, троим.

Интересно, думаю я, а какова подоплека того, что отец Келтона отдает мне ключи? Я вспоминаю, как моя мать всегда оставляла телевизор в доме включенным, когда мы уезжали на каникулы – воры, услышав, что в доме работает ящик, не рисковали к нам забираться. Может быть, мистер Макрекен продумал более изощренный вариант такого же плана? А может быть, его склонил к этому Келтон? А может, я сама каким-то образом повлияла на него?

Я думаю о страшных днях, что ждут нас впереди. Все это ведь когда-нибудь да кончится, верно? Это время, как назвал его мистер Макрекен, не может длиться больше недели-двух. И в тот момент, когда я начинаю с надеждой мечтать о лучших днях, все становится хуже – сразу и бесповоротно.

Все наши телефоны начинают одновременно вибрировать и звенеть – странная, тревожная какофония. Одновременно мы поднимаем мобильники и читаем совершенно одинаковое сообщение: «ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ СООБЩЕНИЕ: ОБЪЯВЛЕНО ВОЕННОЕ ПОЛОЖЕНИЕ В ЛОС-АНДЖЕЛЕСЕ, ОКРУГАХ ОРИНДЖ, ВЕНТУРА, РИВЕРСАЙД, САН-БЕРНАРДИНО И САН-ДИЕГО. ЖИТЕЛЯМ ОЖИДАТЬ ДАЛЬНЕЙШИХ УКАЗАНИЙ».

16) Келтон

Все происходит точно так, как описано в книжках – инструкциях по подготовке к катастрофам. Но меня это нисколько не радует. Сценарии апокалипсиса хороши только в том случае, когда апокалипсис – это всего лишь гипотеза. Я бы чувствовал себя лучше, если бы все сценаристы этого спектакля ошиблись.

Военное положение – последний шаг к полному развалу.

События могут развиваться двумя путями. Путь первый: военное положение эффективно, военной силы достаточно, чтобы сдерживать силы хаоса, единичные бунты не станут распространяться, удары кризиса станут так или иначе смягчаться властями, и восстановление пройдет легко. Путь второй: введение военного положения не даст положительного результата, военные недооценят масштаб катастрофы или же будут слишком неповоротливы, чтобы противостоять ей, масштабные бунты станут происходить систематически и повсеместно, Южной Калифорнии будет нанесен непоправимый удар, от которого она нескоро оправится – если оправится вообще.