– Последний вопрос. Кто, по-вашему, мог это сделать?
– Цыгане, господин следователь, – ответил Громов, не задумываясь. – Я всегда считал, что их нужно гнать отсюда. Говорят, они и детей крадут! – Он сердито сплюнул.
– Эти язычники никогда не уважали законы, – поддержал товарища Барков. – Не удивлюсь, если среди них есть и колдуны.
Мы с Мериме переглянулись. Предрассудки такого рода до сих пор процветали в российской глубинке. Если уж полицмейстер был предубежден против цыган…
– Понятно, – сказал я. – Что ж, кажется, это все, что мы хотели узнать.
– Ради этого вы тащились в такую даль? – недоверчиво спросил Барков.
– Такая вот у нас служба.
Пастух скептически хмыкнул.
– А зачем вам колышки? – поинтересовался вдруг Мериме.
Громов смерил его взглядом исподлобья и нехотя ответил:
– Привязывать к ним овец, зачем же еще?
– Понятно, – сказал доктор и поправил очки. – А что это за дерево?
– Понятия не имею, – буркнул Громов. – Я ж не лесник.
Мы распрощались с пастухами и вернулись к экипажу.
– Пастух был прав. Стоило тащиться из-за такой ерунды! – проворчал Мериме, когда мы садились в пролетку. – То же самое могли прочитать в полицейском протоколе.
– Надо же было на них поглядеть, – сказал я.
– Ну, и как?
– Обычные мужики, невежественные и испуганные тем, что на них могут повесить убийство. Уверен, они долго колебались, прежде чем сообщить в полицию о своей находке.
Мериме усмехнулся и сказал:
– По их словам, они не теряли ни минуты.
– Ну, конечно. Как же иначе? Кстати, зачем вы задали вопрос про колышек? Опять намекали на вампиров?
Мериме поморщился.
– Не намекал. Мне интересно, как относятся к истории с убийствами простые суеверные люди. Знаете, порой они обладают особым чутьем, которое мы, городские жители, потеряли.
– К вам это, кажется, не относится, – заметил я, улыбнувшись.
– Кучер, к «Дионису»! – скомандовал Мериме, и мы покатили обратно в Кленовую рощу.
Когда мы уже подъезжали к деревне, наш кучер вдруг обернулся и проговорил:
– Если вы спросите меня, то я вам скажу, что это сделали цыгане. И не один я так думаю.
Да что же они, сговорились, что ли?!
– Вот как? – спросил я. – И кто же еще?
– Очень многие, ваше благородие. А ведь известно, что не бывает дыма без огня. – Кучер многозначительно покачал головой. – Эти бродяги наверняка путаются с дьяволом, вот он и поручает им приносить в жертву добрых христиан. Не удивлюсь, если они и шабаши устраивают, а во главе сидит черный козел.
– Почему именно он?
– Да уж это известно, кто такой!
– А что говорит на этот счет ваш приходский священник? – поинтересовался я.
Кучер заметно смутился и ответил:
– Отец Василий верит, что эти убийства – кара Господня, ниспосланная нам за грехи наши.
– Вот как? И за какие именно?
Кучер тяжело вздохнул и перекрестился.
– Должно быть, есть за какие. Да и кто не грешен, господин следователь?
– Это верно, – согласился я.
Когда экипаж остановился перед гостиницей, мы расплатились с возницей и пошли обедать.
Леонтий обслуживал нас лично. Думаю, он хотел узнать, что нам удалось выяснить, и ждал, что мы поделимся с ним добытыми сведениями. Боюсь, этот любопытный человечек был разочарован.
После обеда Мериме отправился к себе в номер. Он устал и хотел немного поспать.
Я же поехал в полицейский участок, чтобы заглянуть в архив. Там меня встретил дежурный. Я объяснил ему цель своего визита, и он отпер для меня комнату, в которой находилась картотека. Ячеек было около пятидесяти. В принципе, не так уж много, но работы мне хватило до вечера, тем более что многие карточки были заполнены кое-как и лежали не по порядку.
В гостиницу я вернулся уставший, но с добычей. В деревне проживали моряки и бывшие заключенные, всего четверо. Их имена и адреса я выписал на листок, лежавший теперь в нагрудном кармане сюртука.
Заодно я проверил сведения о леснике – на всякий случай. С ним все оказалось так, как и говорил Армилов.
У стойки я позвонил, вызвал Леонтия и заказал плотный ужин в номер. Мне было необходимо подкрепиться. Ведь ночью мы с доктором собирались нагрянуть в фамильный склеп Вышинских.
Сочный, отменно прожаренный гусь и полбутылки мадеры придали мне сил, и в половине одиннадцатого я постучал в номер Мериме.
Доктор встретил меня с трубкой в руках и посторонился, пропуская внутрь.
– Наша затея в силе? – поинтересовался он, жестом предложил мне сесть и расположился в кресле напротив.
– Если вы не передумали.
– Ни в коем случае! Надеюсь, вы запаслись осиновыми кольями и святой водой?
– Полагаю, хватит и распятия, – ответил я, улыбнувшись.
– Думаете, оно защитит вас? Вы собираетесь тыкать им в глаза каждому вампиру, которого встретите? А если их будет несколько?
– Предлагаете увешаться крестами, доктор? – спросил я и замолчал, внезапно пораженный мыслью, пришедшей мне в голову.
Доктор заметил, как я изменился в лице, и спросил:
– В чем дело, Петр Дмитриевич? Задумались, где раздобыть столько распятий? Или решили воспользоваться моим советом и запастись кольями?
