– Могло ли быть, что цыгане отравили этого крестьянина? – спросил Мериме.
– Конечно, – ответил Армилов. – Они часто встречаются с местными жителями. Табор-то рядом. Стараются только полиции на глаза не попадаться.
– А конкретно с этим умершим человеком цыгане вели дела?
– Да, насколько мне известно.
– Тем не менее вы не стали настаивать на вскрытии, – с удивлением проговорил Мериме.
– Если бы я это сделал, то у него не осталось бы ни малейшего шанса воскреснуть, верно? – ответил Армилов.
Несколько секунд мы с доктором молчали, пытаясь осознать смысл этих слов.
– Значит, вы рассчитываете, что цыгане вернут его к жизни? – спросил я, наконец.
– Надеюсь.
– А если нет?
Армилов развел руками.
– Значит, не судьба.
– Так вот, стало быть, каков ваш план. Взять их с поличным.
Полицмейстер кивнул.
– Именно. Повязать хочу эту компанию так, чтоб отпереться не могли. За осквернение могилы – как минимум. Тогда их точно отсюда попрут.
– Я слышал, что африканские аборигены умеют составлять особые яды, погружающие человека в состояние каталепсии, – задумчиво проговорил Мериме. – Он выглядит мертвым, но потом его можно оживить. – Правда, действие яда не проходит бесследно. Мозг повреждается, несчастный становится безвольной игрушкой в руках отравителя. Не знал, что эта практика имеет отношение к той религии… как бишь ее?
– Вуду, – подсказал Армилов.
– Возможно, здесь играет роль еще и самовнушение, – заметил я. – Человек, воспитанный в атмосфере безоговорочной веры в живых мертвецов, осознает, что его подвергли подобной… процедуре, искренне начинает считать себя безвольной марионеткой.
– Это должно быть верно не только в тех случаях, когда речь идет о неграх, – заявил Мериме. – Здесь, в России, люди, как я понял, также становились…
– Зомби, – снова подсказал полицмейстер. – Так черные колдуны называют этих вот людей, воскрешенных ими. Вы правы. Местные жители, никогда даже не слышавшие о культе вуду, тоже лишались воли.
Я вполне мог согласиться с тем, что Гизо действительно умел нарушать законы природы и делать мертвую плоть живой. Или составлять очень необычные яды. Какое бы объяснение ни оказалось верным, я бы его принял. За годы службы в сыске мне пришлось повидать и не такое.
– Предлагаю вам, господа, составить мне сегодня ночью компанию, – сказал Армилов.
– Вы собираетесь наведаться в табор? – спросил Мериме, водружая очки на нос.
– Именно так. Устрою облаву.
– Вы уже видели подобные ритуалы?
– Довелось всего раз, – немного помолчав, признался Армилов. – Но тогда я был один, действовал на свой страх и риск, побоялся выйти против толпы цыган.
– Весьма разумно, – заметил я. – А теперь вы рассчитываете на нашу помощь?
При мысли о том, что мы можем стать свидетелями чудовищного ритуала, у меня засосало под ложечкой. Не от страха – от предвкушения. Увидеть подобное попрание законов природы можно не каждый день, и мне, конечно, хотелось отправиться с Армиловым.
– Нет, – сказал полицмейстер. – На этот раз я пойду с отрядом своих людей, разумеется. А вас, господа, просто приглашаю к нам присоединиться. Я понимаю, что кажусь вам предвзятым – так убедитесь же в том, что моя подозрительность по отношению к цыганам имеет объективную основу. Кроме того, я подумал, что их занятия могут быть как-то связаны с делом, которое вы приехали расследовать.
– Лично я готов, – заявил Мериме и взглянул на меня.
– Мы с вами, господин полицмейстер, – сказал я и спросил: – Когда отправляемся?
Армилов достал из жилетного кармашка часы.
– Я пришлю за вами экипаж через час, – сказал он. – Отправимся заранее, так как последнюю часть дороги придется идти пешком, чтобы нас не заметили.
– А вы не собираетесь следить за могилой умершего крестьянина? – осведомился я.
– Там уже дежурят мои люди. Но я не хочу арестовывать цыган за осквернение кладбища. Это слишком мелко. Как только они выкопают труп, мы получим сообщение об этом и подберемся к их табору. Я знаю место, где можно дождаться весточки.
– Ладно, господин полицмейстер, мы будем наготове, – пообещал я.
– Прекрасно! – сказал Армилов, встал и слегка поклонился. – Тогда до скорого свидания, господа.
Когда он ушел, доктор достал кисет и принялся неторопливо набивать трубку.
– Что думаете? – спросил я, наблюдая за его размеренными движениями.
Мериме пожал плечами.
– То, что рассказал Армилов, вполне возможно, – проговорил он, прикуривая от оплывшей свечи, взятой со стола. – Яды вроде тех, которые используют африканские колдуны, действительно существуют. Я читал о них в медицинском журнале уже довольно давно, но помню, что они способны производить эффект, похожий на смерть. Кажется, их изготавливают из чешуи и костей каких-то рыб.
