– Зачем? – он звучит разъяренно. – Потому что ты украла мою гребаную жизнь, и теперь я хочу расплаты!
Глаза застилают слезы.
– Откуда мне знать, что эти документы вообще у тебя? Ты можешь врать.
– Я не вру, и ты знаешь это. Но если не веришь мне, то всегда можешь приехать и посмотреть сама. Я бы приехал к тебе, но, совершенно ясно, не могу нарушить условия досрочного освобождения.
– Я не приеду, – выпаливаю я без колебаний. – Тебе придется отослать их мне. Электронной почтой. Уверена, у тебя есть мой адрес.
Он сухо посмеивается.
– Хорошо. Я отправлю их тебе через пару минут. Но, Индия, когда ты увидишь их, то поймешь, что я говорю правду, ни минуты не рассчитывай на то, что я блефую. Я уничтожу твою жизнь, как ты уничтожила мою, если ты не дашь мне пять сотен.
– Пятьсот тысяч фунтов, – я почти давлюсь.
– Маленькая сумма для твоего парня. Уверен, он и не заметит. И еще одно условие: когда ты получишь доказательства того, что я не вру, и достанешь деньги, ты привезешь их мне. Я хочу увидеть тебя. И моего сына… Хочу познакомиться с ним.
– Нет, – я ударяю рукой по столу. – Этому не бывать никогда.
– Я просто хочу встретиться с ним, Индия. Только раз. Хочу знать, какой он. И тогда я оставлю вас обоих в покое. Никогда больше не свяжусь с тобой.
– Я никогда не подпущу его к тебе.
– Я не монстр, Индия.
– Говорит мужчина, шантажирующий меня. Я этого не сделаю. Требуй от меня что угодно, но к Джетту я тебя не подпущу.
– Тогда ты потеряешь все. Карьеру. Репутацию. Сама знаешь, люди обожают грязные истории, превращающие хороших людей в ублюдков. Скандал – это последний писк моды. Доктор, пользующийся своим ранимым пациентом. Пациентом, который страдает от ПТСР после практически летальной аварии… – говорит он. – Это паршиво, Индия. Я сделаю так, что ты будешь выглядеть безжалостной и не вызывающей доверия, каким ты сделала меня всего лишь из-за любви не к тому человеку. Кажется, мы не такие уж и разные.
Я будто снова та маленькая девочка. Смотрю в прошлое и вижу мужчину, который говорил мне о любви, манипулировал мной и заставлял делать все, чего он желал.
Слезы реками стекают по моим щекам.
– Ты никогда не любил меня, Пол, – я вытираю слезы рукой.
– Тут ты ошибаешься. Я любил тебя. Безумно. И до сих пор люблю в некотором долбанутом виде. Ты мать моего ребенка, Индия, – его голос смягчается. Наступает короткая пауза, и затем он продолжает более резким тоном: – Я отошлю имеющиеся у меня документы. После чего у тебя будет двадцать четыре часа на принятие решения. Если ты умная, как я думаю, ты привезешь мне деньги и сына, чтобы я познакомился с ним. Если ты не сделаешь этого, я уничтожу тебя. А когда я покончу с тобой, Индия… даже Сильве ты больше будешь не нужна. Он тебя не захочет.
Самолет наконец приземлился. Прежде чем оказаться здесь, мне пришлось проторчать в чертовом аэропорту Бельгии три часа из-за отложенного рейса, но сейчас почти полночь, и я, наконец, направляюсь к дому Индии.
Я написал ей сообщение, когда застрял в Бельгии, оповестил, что рейс отложен и что как только приземлюсь, то сразу же поеду к ней, но она не ответила. Когда я миновал охрану аэропорта, то решил написать снова, чтобы дать ей знать, что уже на земле и на пути к ней.
Все еще нет ответа.
То, что она не отписала обратно, грызло меня, черт подери, изнутри. Что-то произошло. Я только собирался позвонить, когда получил сообщение.
Не похоже не обычное радостное сообщение, и никаких поцелуев в конце, но я все равно счастлив знать, что она ждет меня. Надеюсь, в постели, голая.
Он этой мысли мой член начинает твердеть.
Боже, не могу дождаться, когда вернусь домой и возьму ее. Я буду трахать ее всю ночь, во всех уголках дома.
– Планы меняются, – я наклоняюсь вперед, обращаясь к водителю. – Едем прямо ко мне.
После чего я откидываюсь на сиденье и закрываю глаза.
– Вы дома, мистер Сильва.
На коже я чувствую ночной воздух, открываю глаза, немного поморгав, и вижу открытую дверь машины и лицо водителя.
– Черт. Должно быть, я заснул, – я тру глаза.
– Я достану ваш багаж.
Я выбираюсь из машины. Водитель протягивает мне чемодан.
– Спасибо, – говорю ему, вытаскивая несколько пятидесятифунтовых купюр, – за то, что приехал так поздно и забрал меня.
– Благодарю, но я не могу принять. Политика компании, мистер Сильва.
– Уверен?
– Да, но спасибо.
Я убираю деньги в карман вместе с кошельком и тяну чемодан ко входу. Вставляю ключ в замок, открываю дверь и бросаю вещи в коридоре.
– Милая, я дома! – кричу, улыбаясь от уха до уха.
– Я на кухне.
Ну, это не то приветствие, на которое я рассчитывал. И ее голос звучит тускло. У меня начинает сосать под ложечкой. С дурным предчувствием я разуваюсь и иду на кухню.
Индия сидит за кухонным островком и пялится на бокал красного вина.
– Индия?
Она поднимает голову и смотрит на меня. Ее глаза покраснели и распухли. Кажется, она плакала.
– Я пришла сюда, потому что нам нужно поговорить, и я не хочу, чтобы Джетт слышал то, что я тебе скажу.
