— Хороший ход был и на счет невест. Это пока успокоит братьев. Но только на время.
— Женишков для полного счастья не хватало. Я, кстати, замужем и считаю мужа достойным мужчиной, чтобы с ним расстаться, — заявила Ксюша. — Дара, а чего это ты резко в невесты записалась? — спросила она подругу. Мне это тоже было интересно.
— Я слышала, что если ты объявляешь себя невестой, то к тебе уже не могут подкатывать другие, — пожала она плечами.
— Видно, не так мы и изолированы, раз о некоторых наших обычаях знают на суше, — ухмыльнулся Шим.
— Я, вообще-то, думала это правило всех народов, — сказала Дара.
Мы недоуменно уставились на нашу подругу.
«Когда я вернусь, обязательно выучу все обычаи всех народов», — твердо решила для себя.
— Пойдемте спать. Я устала. А завтра день будет тяжелый. Я только рада, что мне не пришлось отбиваться от женихов, — сказала я.
Девочки проигнорировали мои слова, а вот выражение лица Шима мне не понравилось. Но я решила не обращать на это внимание.
Я тонула. Вода немилосердно сдавила тело, как многотонная плита, лишая остатков воздуха в легких. В голове нарастал гул, сводящий с ума. Глазные яблоки, казалось, впечатало в мозг и перед внутренним взором вспыхивали ослепительные вспышки, постепенно затапливая черепную коробку жгучей болью. Когда стали гореть легкие, я вдохнула полной грудью, наконец-то сдавшись стихии. В бесконечно короткое мгновенье вкусовые рецепторы взорвались от соленой ледяной воды, а в следующее — мои легкие разорвало в клочья.
Но самой страшной была не предсмертная агония моего тела, так отчаянно сражавшегося за жизнь, а то, что в голове не было ни единой мысли. Абсолютно никакой. Не возникло ни полкартинки из моей недолгой, но насыщенной жизни. И ни о ком не вспомнила, как будто я и не жила совсем.
От пронзившей копьем мой живот боли, я проснулась. Ужас холода и одиночества выражала эта боль. Она исчезла сразу же, как только села в кровати.
Липкий холодный пот пропитал постельное белье. На дрожащих от слабости ногах проковыляла в ванную, на ходу избавляясь от ночной рубашки, которая сырой тряпкой шлепнулась на (какое счастье!) обычный пол. Мокрые волосы неприятно, как склизкие водоросли, касались плеч и спины. Меня раза три передернуло прежде, чем опустила, превратившееся в желе тело в моментально наполнившуюся горячей водой ванну. Посидеть в тепле с пышной пеной по пояс, было даже приятно и успокаивало.
— Кошмар! Это же надо было себя до такой степени накрутить, что во сне такие ужасы вижу. Идиотка! — разозлилась на себя.
Времени у меня было достаточно, потому что проспала я всего часа полтора, не больше. И к тому времени, когда ко мне постучались, была собрана и спокойна. И никакой страх перед Бездной меня не остановит.
Позавтракав с девочками, мы дождались Шима и отправились в его вотчину. Но не в повозке, чему я была очень рада, а через портал.
Отдельно об этом. Это даже был не совсем портал, а переход. Потому, что длился он примерно с час. Перемещение было улетным.
Представьте, что вы вступили в водяной шар, размером с небольшую комнату. Потом эти постоянно движущиеся стенки начинают стремительно набирать обороты. Сначала ты видишь только полосатое радужное разноцветье. Затем, оно становится сплошным, однотонным: солнечно-желтым, оранжевым или, как весеннее небо, голубым, с резким переходом в ярко синий цвет, изумрудным или ало-красным. Был и белоснежный спектр. Это происходит, как я знаю, когда все цвета сливаются в один единый. Сложно даже предположить, до какой скорости мы разгонялись в этот момент и каковы истинные размеры Бездны?
Время перехода улучшило мое настроение настолько, что я совсем забыла о страхах и с любопытством приготовилась к новым впечатлениям. И ожидание меня не обмануло. Наш шарик схлынул, даже не замачивая обуви. Мы оказались в огромной пещере. Абсидианово — черные стены, которой слабо мерцали. Стало жутко интересно, как достигается этот эффект. В стены были вкраплены мелкие кристаллы, а по ним сочилась вода. Светящиеся кристаллы из-за оптических свойств воды в несколько раз увеличивали свое излучение. Создавалось впечатление, что дышит огромный дракон с блестящей чешуей. Невероятное зрелище.
Прямо посредине пещеры убегала вглубь тропинка, выложенная слегка шероховатыми, светлыми каменными плитами. В такой сырости очень удобно, чтобы не поскользнуться.
— Мы в город Изумрудный
Идем дорогой трудной,
Идем дорогой трудной,
Дорогой непрямой, — пропела Дара. — Как давно сталкиваюсь с чудесами, но этот мир меня все больше поражает, — выдохнула она и устремилась вперед. Шим, с восторгом воззрившийся на подругу, присоединился к ней.
— Боже! Как убого живут эти существа, если от простой мультяшной песенки чуть ли не писаются, — покачала головой Ксюша.
Меня рассмешило ее задумчивое и недоуменное выражение лица.
— Представь, если он когда-нибудь попадет на Землю, что с ним будет твориться, — улыбаясь, сказала я.
— Ага. Прямо вижу, как он перед телеком зависает и мороженое жрет. Или бегает по улице и все рассматривает.
