Желание полностью

Я гляжу на Хадсона, надеясь встретиться с ним взглядом и увидеть на его лице улыбку, говорящую, что он согласен – Колдер смешная, но она прелесть. Но он по-прежнему избегает смотреть на меня, и мне не остается ничего другого, кроме как улыбнуться Реми, который улыбается в ответ и качает головой, как бы говоря: «ее нельзя не любить».

Я хочу сказать что-то еще, но не успеваю я открыть рот, как весь свет в камере становится голубым.

– Пора в Гексагон? – нервно спрашиваю я.

– Да, пора, – отвечает Реми, и тут же в полу открывается люк.

– И с чего мы начнем? – спрашивает Флинт, когда внизу медленно-медленно начинает выдвигаться лесенка, самая узкая и крутая, которую мне когда-либо доводилось видеть. Она движется со скоростью сползающего ледника.

– Мне надо кое-куда заскочить и доставить пару свертков, – говорит Реми. – Если хотите, вы можете отправиться со мной.

– Или со мной, – добавляет Колдер. – Со мной вам будет повеселее, чем с Реми.

Реми не спорит, только уныло кивает, как бы говоря: «Это точно».

– А что ты собираешься делать? – спрашиваю я ее, потому что я не уверена, что мы с ней одинаково понимаем слово «повеселее».

Ее зубы блестят в ярком свете.

– Затею игру, что же еще?

– Игру? – изумленно переспрашивает Флинт, и видно, что такого ответа он не ожидал.

– Через несколько дней мы попадем в Яму, – поясняет она. – А значит, нам понадобятся деньги. А это значит…

– Что игра будет азартной? – договариваю за нее я.

– Вот именно?

– А о каких играх идет речь? – спрашивает Хадсон.

– Не беспокойся, здесь есть игры на любой вкус, – отвечает Колдер, окидывая его взглядом, словно призового жеребца.

– Тогда нам повезло, – отзывается он, обвивая рукой мои плечи. Я уверена, что он делает это в порядке самообороны – ведь Колдер начинает вести себя все более и более беззастенчиво, – но я не против. Я более чем готова помочь ему решить эту проблему.

К тому же мне нравится чувствовать его рядом. Нравится, как он смотрит на меня, когда я прижимаюсь к нему теснее. Как будто ему нужна только я и больше ничего.

И я знаю – знаю, что это плохая идея, ведь мы оба знаем, какой у нашего сопряжения должен быть конец. Но нелегко игнорировать наше влечение друг к другу, когда мы заперты в одной камере и находимся так близко. И еще труднее игнорировать его чувства ко мне, когда они так ясно написаны у него на лице… Трудно оставить и мое собственное подозрение, что я западаю на него. Или, хуже того, уже запала. Мысль о том, что мне придется отказаться от него, причиняет мне такую боль, которую мне сейчас не вынести.

Но что еще я могу сделать? Позволить Джексону потерять свою душу – позволить ему стать тем, чего он боится больше всего, – когда у меня есть возможность это предотвратить? Я не могу так поступить и не поступлю. Но боль уже здесь, она уже поджидает меня – поджидает нас обоих. Так кому это навредит, если я ненадолго притворюсь, что Хадсон принадлежит мне? И позволю ему притвориться, будто я принадлежу ему?

– Пора! – говорит Флинт, и я вижу, что лестница уже опустилась. – Пошли.

– Ты готова? – спрашивает меня Хадсон, подняв одну бровь.

– Вообще не готова.

– Да ладно тебе. Это будет весело, – говорит Колдер с широкой улыбкой. – Недавно сюда поступило несколько новых заключенных – вот мы и заставим их заняться с нами армрестлингом.

– Э-э… – Я перевожу взгляд с ее огромных бицепсов на свои, совсем не внушительные, и предлагаю: – Возможно, мне лучше не участвовать в этой игре.

– Само собой, Кудряшка. – Она закатывает глаза. – Я говорила с этим вампиром.

– Значит, я ошиблась, – со смехом говорю я, выбираясь из-под руки Хадсона. – Заставляй их, если хочешь.

– Именно это я и собираюсь сделать. – Она шевелит бровями и вдруг шлепает Хадсона по попе. – Давай, красавчик, шевелись.

И ныряет в люк.

– Она сейчас… – Хадсон смотрит на меня с недоумением.

– Да, она это сделала, – отвечаю я. – Думаю, она шлепнула тебя, чтобы показать, что вы члены одной команды. Знаешь, так игроки в американский футбол шлепают друг друга по заду перед тем, как ринуться в бой.

– Да, знаю. Но, думаю, сейчас меня впервые шлепнули по попе с тех пор, как я… – Он делает паузу, чтобы подумать, и качает головой. – Нет, это первый такой шлепок.

Тон у него при этом скорее задумчивый, чем недовольный.

– Надо же, – Флинт начинает спускаться вслед за Колдер, – сколько новых впечатлений с тех пор, как ты прибыл в тюрьму.

– Если тебе от этого станет легче, я могу шлепнуть тебя и по другой ягодице, – без тени улыбки предлагает Реми. – Знаешь, для баланса.

Хадсон закатывает глаза.

– Нет, думаю, с меня хватит. Спасибо.

Реми философски пожимает плечами.

– Ты многое теряешь, приятель. – И тоже исчезает в дыре.

Я подхожу к люку, но Хадсон хватает меня за руку и обнимает.

– В самом деле? – спрашиваю я с кокетливой улыбкой, обхватив руками его талию. – Ты хочешь, чтобы я шлепнула тебя по попе вместо Реми?

Он делает вид, будто думает, затем улыбается и говорит:

– Всегда пожалуйста. – И целует меня в губы.