– Все тут знают Реми, – перебивает меня она, и в ее голосе звучит нежность, что кажется мне странным… но и понятным. Должно быть, она одна из тех старожилов, которые знают Реми с тех пор, когда он был малышом. – Но должна признаться, я удивлена, что он отпустил тебя от себя.
– Он сейчас занят, – объясняю я. – И мне показалось, что ваша игра довольно интересная.
Ведьмы переглядываются.
– О, разумеется, – говорит та, что моложе. – Хочешь поиграть?
– Вообще-то да. – Я смотрю на знакомую доску с ее, на первый взгляд, случайным расположением чисел между единицей и шестеркой и пытаюсь понять, в чем хитрость. Как и говорил отец Хезер, здесь много четверок, много единиц и не очень-то много пятерок и шестерок. Последние сосредоточены в основном в середине доски, которая, хотя этого почти никто не замечает, немного приподнята, так что мои шарики будут скатываться с нее.
– Но денег у меня нет.
– Совсем? – спрашивает одна из ведьм, и видно, что она поражена.
– Совсем, – подтверждаю я и чувствую себя дурой. Весь смысл этих игр заключается в том, чтобы выиграть побольше денег. Как я вообще могла сесть играть, не имея ни доллара?
По правде говоря, я была так рассержена замечаниями Колдер, что ни о чем не думала.
– Извините. Я пойду.
– Не так быстро. – Старая ведьма хватает меня за предплечье своей морщинистой рукой. – Неужели у тебя при себе нет вообще ничего ценного?
Я собираюсь сказать, что нет, но тут сую руку в карман – и нахожу в нем золотую монету. Я понятия не имею, как она туда попала, должно быть, ее положила туда Колдер или Реми. Надо будет не забыть поблагодарить их.
– Сколько раз я могу сыграть на эти деньги?
Старая ведьма мигом хватает монету, и в глазах ее зажигаются алчные огоньки.
– Один, – отвечает она. – Если ты выиграешь…
– Один? – изумленно переспрашиваю я. – Ну нет, спасибо. – Я тянусь за монетой, и ведьма отдергивает руку с монетой, ощерив зубы и рыча.
– А как насчет десяти игр? – спрашивает молодая ведьма. – Ты сможешь сыграть пять из них. И если в одной из них ты наберешь столько очков, что выиграешь приз, – она показывает на мешочки с монетами, которые, по идее, можно получить, набрав призовую сумму – двадцать шесть, восемнадцать, сорок одно или тридцать два очка, – то сможешь забрать свою монету вместе с призом. А если проиграешь, то твоя монета останется у нас.
Старая ведьма ухмыляется, и, хотя мне известно, что преимущество на их стороне – а вернее, они так думают, – я решаю попытать удачу. Вспомнив все инструкции отца Хезер, я беру горсть шариков и бросаю их.
Они останавливаются в разных местах доски, и, когда мы складываем выпавшие числа, получается девятнадцать. Проигрыш.
Старая ведьма радостно шипит.
– Еще четыре игры, – говорит молодая ведьма, вернув мне шарики.
На этот раз я трясу их немного дольше и бросаю опять. Получается двадцать три – опять без приза.
Старая ведьма подается вперед со зловещей усмешкой на лице.
– У тебя осталось еще три захода, моя красотка.
Я киваю и долго трясу шарики, пытаясь решить, что делать. Первые два раза я проиграла, так, может, стоит проиграть и в третий, чтобы окончательно усыпить их бдительность? Или лучше начать выигрывать уже сейчас?
На этот вопрос нет легкого ответа, а если они поднимут шум, я, как и тот несчастный тролль, могу лишиться ноги. Учитывая, что мне нравятся и мои ноги, и мои руки, передо мной не самый простой выбор.
Я бросаю шарики еще раз и набираю восемнадцать очков.
Обе ведьмы отшатываются, потрясенные до глубины души, а я широко улыбаюсь и протягиваю руку за восемнадцатью монетами, которые я выиграла.
– Как тебе это удалось? – спрашивает молодая ведьма, слегка прикрыв мешочек с монетами рукой.
– О чем ты? – спрашиваю я, невинно округлив глаза. – Мне казалось, что в этом суть игры – набрать одну из выигрышных сумм. Разве не так?
– Все так. Ты выиграла, – говорит старая ведьма, предостерегающе положив ладонь на предплечье своей товарки. – Но прежде чем получить выигрыш, не хочешь ли сыграть на двойную сумму, все или ничего?
– Но у меня же нет второй монеты, чтобы поставить ее на кон, – говорю я ей, хотя и понимаю, что план не таков.
– Само собой. Мы сыграем с тобой на все ту же монету и удвоим сумму выигрыша. Если ты выиграешь еще раз, то получишь монету обратно вместе с двойным призом. Если же ты проиграешь, то я заберу все.
Я делаю вид, будто взвешиваю «за» и «против».
– Пожалуй, это справедливо.
– Конечно, справедливо. Столько золотых монет – это немало для Ямы. – Она смотрит на меня с хитрой усмешкой. – Ты же туда хочешь попасть, не так ли?
Я не спрашиваю ее, откуда она это знает. Вместо этого я улыбаюсь и кидаю шарики… и набираю тридцать два очка. Восемьдесят две монеты – я уверена, что это больше, чем смогла заработать Колдер в своем состязании по армрестлингу. Правда, я ни на что не рассчитываю.
– Я могу получить свой выигрыш? – спрашиваю я самым милым голоском.
– Ты смухлевала! – шепчет молодая ведьма, сузив глаза.
– Я просто играю в вашу игру, – говорю я, протянув руку за выигрышем.
– Ты не могла выиграть честно. Это невозможно, – шипит она.
