Я продолжаю попытки привлечь его внимание, пока Мекай объясняет остальным про ордер на арест Хадсона, про рассказ Кровопускательницы о Кузнеце и про теорию Хадсона насчет великанов. Но он не поднимает взгляда, а продолжает молча смотреть в свой телефон, время от времени проводя пальцем по экрану. Я знаю, сейчас его мучает чувство вины. Он убил всех этих учеников, и, оказывается, зря. Он изводит себя, это видно по его напряженным плечам. Может, стоит к нему подойти? Но, если ему было настолько неловко от нашего недавнего
Умопомрачение. Какое малозначащее слово, совершенно не подходящее для описания того, что со мной происходит всякий раз, когда мы оказываемся рядом. Тогда все мои чувства сосредоточиваются на Хадсоне, на всем, что он делает. Я не хочу пропустить ни единого его вдоха, ни единого движения губ, ни трепета век, так что даже забываю, что мы на свете не одни, что вокруг есть и другие.
– Это значит, что в скором времени нам надо будет отправиться в Город Великанов, – говорит Лука.
– Точно. – Флинт улыбается. – Эти великаны умеют тусить. – Он обвивает рукой плечи Луки, шепчет что-то ему на ухо, и Лука краснеет. Глядя на них, я улыбаюсь, несмотря на все то дерьмо, которое вот-вот свалится на нас. Флинт достоин иметь партнера, который от него без ума.
– Как насчет пятницы? – предлагает Мекай. – На этот день запланированы семинары для персонала, так что уроков не будет. Лично мне такая передышка не помешает. – Мекай кашляет, затем добавляет: – Я всегда хотел поучаствовать в Вызове Горбеншлама. Мэйси, ты не хочешь присоединиться ко мне?
– Мекай! – На лице Мэйси отражается ужас, но под ужасом проглядывает… интерес.
– Я толкую это как «да». – Мекай улыбается.
Мэйси тяжело вздыхает.
– Ладно. Но я ограничусь одной.
Мекай подмигивает ей.
– Я слышал, что этого более чем достаточно.
Теперь щеки моей кузины пылают, но я замечаю, что она не поправляет Мекая. Сидящая рядом с ней Иден смотрит то на Мэйси, то на Мекая, и я невольно начинаю гадать, не питает ли она сама интереса к моей кузине. Что ж, если это так, то ей бы лучше начать шевелиться и что-то делать. Мекай не из тех, кто привык сидеть сложа руки, если видит что-то, чего хочет, а судя по блеску в его глазах, он определенно питает интерес к Мэйси.
Повисает неловкое молчание, и я решаю разрядить напряжение.
– А что такое этот Вызов Горбеншлама? Я могу тоже поучаствовать в нем?
Хадсон отрывает глаза от своего телефона и бросает на меня пронзительный взгляд.
– В нем могут участвовать только пары, Грейс.
– Я считала… – Я хочу сказать, что считала нас парой, но тут до меня доходит смысл его слов, и я устремляю на него взгляд, ясно говорящий о том, что об этом мы поговорим позже.
Мэйси торопится объяснить:
– Тут речь идет о гигантских глиняных кружках пива и о том, какая из пар выпьет свою кружку первой. Проигравшие покупают пиво для всех – что отнюдь не дешево, поскольку эти кружки огромные, в самый раз для великанов. В Городе Великанов покупать спиртное можно с четырнадцати лет, и они очень серьезно относятся к распитию пива. – Она смотрит на меня с улыбкой.
– Вообще-то я не фанат пива, но держу пари, что мы с Иден опередим вас двоих, – предлагаю я, после чего Иден издает радостный крик и ударяет кулаком в мой кулак. Я бросаю на Хадсона лукавый взгляд, и он одними губами произносит:
– Туше.
Похоже, его плохое настроение прошло, и я чувствую, как у меня расслабляются плечи. Я готова признать, что мне очень нравится мериться интеллектом с Хадсоном. Когда мы спорим, я забываю про свое беспокойство, про свои проблемы и вообще про все. Наши споры бодрят меня. Но это не похоже на наш обычный спор. Ощущение такое, будто речь идет о чем-то большем, и вместо того чтобы избавить меня от панических атак, это рождает во мне страх.
– Ладно, – говорит Флинт, взяв тако со своей фирменной улыбкой. – Давайте сделаем это.
Мы занимаемся еще пару часов, но в конце концов нам всем надоедает делать школьные задания, и мы встаем.
На лице Хадсона отражается замешательство, и я его понимаю. Мы разговариваем слишком громко, суетимся.
Наверняка парню, который живет так уединенно, это кажется абсолютным хаосом. Но в его глазах и в чуть заметной улыбке есть нечто, говорящее мне, что это ему на пользу. Хадсон Вега перестал быть отшельником и обрел группу прикольных и верных друзей. И не важно, что когда-то мы были врагами. Теперь он часть группы, нравится ему это или нет.
Возможно, поэтому я и останавливаю Флинта и Луку, когда они начинают поднимать лиловые кресла, чтобы отнести их обратно в комнату отдыха.
– Оставьте их, – говорю я, улыбаясь Хадсону, который смотрит на меня широко раскрытыми глазами. – В следующие две недели у нас будет куча дел, так что мы наверняка будем часто приходить сюда.
