А Марк ещё удивлялся, откуда у девочки такой богатый словарный запас?
– Значит, Нюрка тебе так ничего и не рассказала?
– Чего не рассказала? – Серинда нахмурила брови. – Меня просто бесит ваша привычка ограниченно выдавать информацию! – она отчаянно всплеснула руками. – Что вы мне не договариваете? Почему вы против того, чтобы я работала на Уильямсов?
– Потому что от них одни беды! Вот почему! – заворчала старуха.
– Это не так! – Серинда даже ножкой притопнула. – Они порядочные люди!
Старуха фыркнула и махнула рукой, мол, поступай, как знаешь.
Они прошли в огромную кухню. Рядом примыкала зала – столовая в бежево-фисташковых тонах, но Серинде всегда нравилось это помещение с обоями в мелкий цветочек. Здесь было уютно и светло. Всегда пахло свежей выпечкой. Баба Тома была знатной кухаркой. Серинда обожала её пироги с мясом, с картошкой и рыбой, а ещё любила шарлотку. От нахлынувших приятных воспоминаний она прикрыла глаза, на минуту уйдя в себя.
– Обожаю этот запах… – на выдохе простонала она.
– Садись, – старуха указала на стул. – Попьём чай, я как раз сладкий пирог сделала. С вишней. Потом поможешь мне долепить пельмени. Колян на вечер своих корешей позвал, – пробурчала она. – Ему веселье, мне – головная боль.
– Мы к вечеру уедем… – Серинда осеклась под тяжёлым взглядом бабки.
– Ты мне тут не начинай попусту сотрясать воздух, – хлопнула полотенцем по столу. – Чёрта лысого, ты сегодня от нас уедешь! Свалилась, как снег на голову, так уж изволь остаться! – повернувшись к Серинде спиной, подошла к плите, на которой уже свистел чайник, возвещая всем, что он вскипел. – Завтра уедете! Я так сказала!
Спорить с баб Томой – себе дороже. Упрямее неё могла быть только её сестрица, даром, что сейчас та попивала свой чёрный заваренный чай с ватрушками в Америке. Двойной прессинг Серинда бы не выдержала, однозначно.
Старушка разлила чай по чашкам; положила по большому куску сладкого пирога каждой на красивые фарфоровые тарелки. Затем, подмигнув, достала из одного шкафчика графин с тёмно-рубиновой жидкостью и две маленькие стопочки. Разлила.
– Ну-с… по пять капель, внученька… с возвращением! – она за раз опрокинула жидкость в себя. – Пей, говорю! Сама делала. На вишнёвых косточках настаивала.
– О, Боже! Какая честь для меня, – улыбнувшись, произнесла Серинда.
– Ну и язва же ты, Сонька! Копия своей бабки!
– Странно… она всё время утверждает, что я точная копия тебя!
Серинда выпила. Поморщилась.
Повторили.
Чай остыл.
Пирог оказался вкусным. Очень! Особенно после третьей стопки.
После пятой… Серинда запела…
Марк почесал затылок. Поморщился от порыва холодного ветра. Вот, правда, он замёрз, а Тичеру всё нипочём! У него, что ли особая кровь? С подогревом?
Смешно сказать, но они уже с полчаса как гуляли на свежем воздухе. Да он в жизни никогда так долго не «наслаждался» подобными прогулками!
Ник-предатель смотался сразу же, как только дядя Коля подвёл их к вольеру с собаками. Этот человек (вернее его дочь) разводил настоящих волкодавов! Марк даже не знал раньше о такой породе собак! На ум пришла пословица: «Собака похожа на своего хозяина». Взглянув на Тичера, Марк хмыкнул. Улыбка дяди Серинды очень сильно смахивала на волчий оскал. Внешне он был совсем не примечательной личностью. Невысокого роста и крупного телосложения. В смешном лавандовом халатике. Настоящий волк в овечьей шкуре. Только глаза выдавали в нём сильный и жёсткий характер. Казалось, этот человек подмечал любую мелочь. Ничто не могло ускользнуть от его взора.
Дядя Коля в очередной раз дружелюбно хлопнул своей ладонью Марка по плечу (ещё раз и ему придётся обратиться к специалисту, с просьбой вставить ему плечо в прежнее его местонахождение).
– Что закис, америкос? – голос был дружелюбен, а вот взгляд не очень. – Наскучил я тебе со своими байками?
– Нет, что вы… – смущённо улыбнулся Марк. – Очень занятно.
– Сама вежливость, – дядя Коля усмехнулся, разведя руки в стороны. – Совсем, скажу я тебе, не похож ты на своего деда. Верно, в своего отца-тюфяка пошёл! – сцедив слюну, Тичер плюнул на землю.
– Откуда вы знаете моего деда и отца? – изумился Марк.
– Скажу тебе… твой дед ещё тот сукин сын! – Тичер указала пальцем на Марка. – А вот твой папаша, пусть земля ему будет пухом… – на этом он перекрестился, – мудак ещё тот был!
– Какого хрена вы мне это говорите? – Марк начинал злиться. Непроизвольно его кулаки сжались.
– Я лишь высказал своё мнение, – Тичер безразлично пожал плечами.
– Я хочу знать, на чём оно основано, – потребовал Марк.
– Никто не смеет повышать на меня голос, – спокойным ровным тоном пригрозил Тичер. – Советую иметь это в виду.
Марк прищурил глаза, оценивая ситуацию. В голове был настоящий бардак мыслей. Чёрт возьми, как только он вернётся в Америку (поправочка – «если»), ему предстоит в кратчайшие сроки навестить деда! Он заставит его выложить все карты на стол!
– Ладно, американец, – Тичер улыбнулся, словно недавно не прозвучало угроз с его стороны, – зароем топор войны? Или у вас принято говорить «раскурим трубку мира»?
