Ещё этот подозрительный взгляд… голубые глаза в совокупи со сморщенным лицом долгое время не давали ему уснуть.
Когда он проснулся, за окном уже было темно. Зарядка на телефоне сдохла. Ну и чёрт с ним, всё равно от него никакого толка! Связь здесь практически не ловила.
Марк умылся. Посмотрел на своё отражение в зеркале. Не мешало бы побриться…
Алек бы его убил, узнав, что он вынужден был два дня подряд ходить в одной и той же одежде, особенно без смены нижнего белья!
Марк усмехнулся! Он же в России! Здесь нет всевидящего ока Алека.
Он спустился по лестнице вниз на первый этаж, по пути никого не встретив. Слышалась громкая музыка и голоса. Пройдя через какую-то дверь, он оказался на улице перед толпой людей, активно жестикулировавших за приёмом пищи. Огромный стол ломился от еды. Пахло жареным мясом и костром.
Russian party?!
Why not?
Он сделал один шаг, а его уже подхватили под локти и начали представлять всем присутствующим.
Марк ел. Пил. Шутил. Закусывал. Снова пил. Смеялся. Пил. Занюхивал. Закусывал.
– Давай! Давай! Давай! Да-а-а-а-а-вай! – подбадривающие возгласы доносились со всех сторон.
Марк с шумом поставил огромную кружку на стол. Вторую по счету. Вытер рукавом пену со рта. Эффектно рыгнул. Схватил стопку с водкой.
– Раз!
– Два!
– Три!
Считала публика.
Три пустых стопки присоединились к остальным.
– Мужик! – Николай дружелюбно похлопал Марка по плечу. – Отвечаю!
– Бла-Ик-га-Ик-д-рю… – на ломанном русском произнёс Марк.
Он был жутко горд собой. Не посрамил честь Соединённых Штатов, доказав всем, что на его родине тоже могут и умеют пить. Он также радовался, как маленький, запоминая слова, что ему говорили. Многие оказались ему знакомы. Маленькая чертовка, его секретарша, любительница посквернословить…
Марк осмотрелся в поисках Серинды. Весь вечер она его игнорировала, наверное, по этой причине он и напился.
– Пошли, – сказал Тичер, вставая.
– Куда? – глаза Марка плохо фокусировали объекты, поэтому он просто уставился в одну точку перед собой.
– В баню! – усмехнулся Марк. – Мамаша ждёт тебя!
В голосе Тичера Марку послышались какие-то недобрые нотки.
– Зачем она меня ждёт? – наивно поинтересовался Марк.
– Парить тебя будет, – пояснил Тичер.
– Что значит «парить»? – недоумевал Марк.
– Не бойся. Тебе понравится.
– А ты пойдёшь со мной?
– Конечно же, нет, – поспешно ответил Николай.
– Апачему? – икнув, любезно поинтересовался Марк.
– Потом поймёшь сам всё, – усмехнувшись, Тичер схватил Марка за руку и потащил к небольшому бревенчатому домику.
Он втащил его в крошечную комнату. Марк покачнулся. Слава Всевышнему, он упал на диванчик! Стукнулся затылком, но не беда.
– Раздевайся, – скомандовал Тичер.
– За-чем? – растерялся Марк, потеряв дар речи. – Куда вы вообще меня привели и что хотите сделать?
– В сауне был когда-нибудь?
– Да… но причём здесь это?
– Ну, американцы! Ну, тупые!
– Что вы всё время меня оскорбляете? – всё его недовольство сошло на нет при очередном приступе икоты.
– Это тоже самое. Русская сауна. Раздевайся! Она не любит ждать!
– Кто? – зрачки Марка увеличились в размере. – Серинда?
– Я тебя сейчас кастрирую на месте, если ещё раз подумаешь о том, о чём ты сейчас думаешь! – голос Тичера стал напряжённым. – Усёк?
Марк сглотнул. Отчего-то эта угроза со стороны дяди Серинды дошла до его сознания даже сквозь плотную пелену алкогольного опьянения.
Тичер ушёл только когда Марк разделся догола. Чувствовал он себя при этом очень глупо. Страх полностью затмил чувство неловкости, когда он понял, кем являлась та таинственная личность, которая должна была его парить.
– Матерь Божья… Чёрт меня подери!
– Не сквернословь! – упрекнула его Тамара.
Её взгляд прошёлся по нему, оценивая каждый изгиб его тела. Впервые он стоял, в чём мать родила перед женщиной старше его чуть ли не втрое. Марк почувствовал себя настоящим извращенцем.
– Да уж… видала и побольше… – прокомментировала Тамара. – Гоу ту ми! – она кивнула ему, мол, чтоб он следовал за ней.
Ему хотелось провалиться сквозь землю. Раствориться в ней. Позор! Если он останется в живых… этот секрет навсегда уйдёт с ним в могилу…
Тело старушки было прикрыто белым полотенцем. На голове надета белая куполообразная шапочка с красным крестом посередине. Она дала Марку точно такую же. Пройдя через еще одну комнату, в которой он заметил различную тару и бутылки с водой, они вошли в помещение, температура которой чуть ли не сбила его с ног.
Старуха кивнула ему в сторону лавки.
Марк ступал по дереву, такому горячему, что, казалось, будто он идёт по раскалённым углям. Лавка представлялась ему не иначе, как алтарём для жертвоприношений. Марк сглотнул. Глубоко вздохнул. Что он мальчик? Испугался старухи вдвое меньше его?
Старушка что-то проворчала себе под нос, пока Марк в нерешительности озирался по сторонам. Он увидел термометр. Если зрение его не подводит, то цифры на нём показывали температуру в помещении – девяносто пять градусов. Мама дорогая! Он же здесь сварится заживо!
Старуха подошла к раскалённой печи, на которой лежали камни. Она что-то капнула на них. Сразу же запахло хвоей и цитрусовыми.
