— Он еще не понял, что амулет и девчонка связаны между собой, но когда догадается… захочет и то и другое. Я бы захотела, поняв, что у меня не вся сила, а лишь её часть. — Нэндэг хищно оскалилась. — Ты говорил, что король носит защитные кольца? Какая чушь! Истинный Золотой мог бы сделать для него большее, не отрывая задницы от стула. Могу поставить что угодно, поиск тебя — это высосало весь его резерв, так что на какое-то время вы в безопасности.
— Думаю, самое верное решение — вернуться домой и сделать вид, что ничего не было. Это сведет его с ума, — буднично заметил Аластер. Губа больше не кровоточила, но его бледное лицо явно давало понять, что бой не прошел для него налегке. Кто знает, как он на самом деле?
— На какое-то время, но, возможно, тебе хватит, чтобы понять, что делать дальше, — размышляла Нэндэг вслух.
— Они хотели меня убить, — сказала Мэйгрид, вернув половину бутерброда на тарелку. Для нее все это казалось слишком. Жизнь не готовила, к тому, что творилось последнее время, а рассуждать о нападение, когда у нее сердце до сих пор трепыхалось, как у загнанного кролика, так легко, словно это все в порядке вещей, она не могла. — Они убили бы меня, если бы не кори Аластер. Сейчас они вернулись снова… а вы говорите об этом так, словно ничего серьезного не произошло.
— Тебе страшно.
— Мне страшно! — она поднялась со стула и начала мерить шагами комнатку. — Чтобы вы понимали, меня никто раньше не пытался убить, ну кроме того случая, когда я… — она вздохнула, не в силах обозначить ситуацию, — но не скажу, что к этому легко привыкаешь.
— Мэй, — Аластер поймал ее за плечи, остановив движение человеческого маятника. — Я бы отдал все что угодно, чтобы оставить тебя здесь, спрятать от всего этого безумия.
Дракон заглянул ей в глаза. Привычно серые. Тепло ладоней ощущалось даже через ткань платья. Успокаивало, хоть и не должно.
— … но ты уже вляпалась по самое горло, девочка, так что не выйдет. Скоро ваши дружки вернутся в лес с подмогой, — напомнила ведьма.
— В городе будет спокойнее, открыто на нас не нападут, особенно когда, я появлюсь при дворе и демонстративно переговорю с Робертом.
Рук он не опустил, продолжал держать за плечи, пока Мэйгрид не сделала два протяжных выдоха, пытаясь прийти в себя.
— Может ему просто отдать амулет? — сдалась она. — Корри Аластер, вы сказали, что никогда не хотели эту силу…
— Все не так просто, девочка, — Нэндэг опять вмешалась в разговор, она единственная из всех, кто обладал завидной выдержкой. — Есть вероятность, что с помощью твоего амулета Золотой докажет, кто истинный убийца. Я права?
Аластер отвел взгляд.
Повисло напряженное молчание, которое говорило обо всем. Комната зазвенела от тишины, даже лес за окном перестал шуметь…
— А это возможно?
— Есть шанс.
Мэйгрид стиснула зубы и отчаянно кивнула:
— Если есть шанс, то его нужно использовать, — ей, безусловно, было страшно, и она не хотела ввязываться в большие неприятности, но если есть шанс наказать настоящего преступника, то от него нельзя отказываться. Корри Аластер и так настрадался за эти годы, как и его мать. Мэй не должно было быть до этого никакого дела, но она вспоминала красивую, стройную женщину, которая три года жила с мыслью, что ее младший сын убил старшего. Никому не пожелать такого. При всем при этом, как бы лия Кенна холодно ни вела себя, она все же не отказалась от сына, хоть и встречи причиняли обоим нестерпимую боль. Настоящую историю Раймера должны узнать, какой бы печальной она ни была. Да и самой Мэйгрид никуда не сбежать, она привязана к своему спасителю волею судьбы и собственной несдержанности и должна вернуть долг. Даже если ей страшно, это ничего. К тому же, возможно, в этот раз он и спас ее ради амулета, но это никак не отменяло того, что долгое время до этого момента он был добр и заботлив без явной на то причины.
— Вот и договорились, — Нэндэг встала из-за стола. — Полагаю, амулет будет нелишним спрятать от чужих глаз и поисков, разрешишь?
Она протянула ладонь и Мэйгрид сняла шнурок с белесым камнем через голову и положила ей в руку. Та накрыла его руками и зашептала незнакомые слова. Слабое голубоватое свечение засияло между пальцев ведьмы. По шее поползли мурашки, и Мэй почувствовало нечто странное, ее обдало холодом, воздействие которого сменилось покалыванием во всем теле, а в глазах Аластера отобразились её глаза, светящиеся синим огнем.
Ведьма разжала ладони, и все закончилось.
— Готово, — она улыбнулась своим большим ртом. — Теперь его не отследить, во всяком случае, придется хорошо попотеть, а если захотят забрать силой — ничего не получится, только добровольно. Отдать его можно только добровольно.
— Я твой должник, ведьма.
— Я знаю, — она улыбнулась еще шире, а когда вышла провожать гостей, то ухватив дракона за рукав, тихо напомнила то, что говорила уже раньше. — Будь осторожнее, Золотой, отношения человека и дракона — это еще никогда не заканчивалось ничем хорошим. Не все истории, которые начинаются как сказки, имеют счастливый конец.
