— Словно средневековый замок в центре города, — произнесла я, заставляя Эвана остановиться и посмотреть на единственное общественное здание, которое чудом уцелело в Великом пожаре 1871 года.
Я игнорировала его шуточные протесты, когда затащила его внутрь. Мы стояли и рассматривали трубы и насосное оборудование внизу, опираясь руками на оргстекло, перед тем как пройти в расположившийся рядом туристический центр.
— Могу я вам чем-то помочь? — спросил служащий, когда мы вошли.
С непроницаемым лицом Эван рассказал ему, что мы туристы и проездом в городе, и у нас всего 36 часов на осмотр достопримечательностей Чикаго. Слава богу, у служащего было несколько действительно стоящих предложений, и мы вышли с кучей брошюр. Наше приключение начиналось с аренды велосипедов в одной из городских точек, отмеченных на карте. Потом, припарковав велики, мы отправились гулять босиком по песочному пляжу.
— Знаешь, у меня нет любимого места в Чикаго, — призналась я. — Но если бы и было, это был бы пляж. Разве не классно, что мы находимся в сердце континента и гуляем по пляжу?
Мы собирали камешки, чтобы пускать «лягушек», пили пиво в ресторане, оформленном под пляжную хижину, наблюдали, как пожилой мужчина пытался отыскать клад с помощью металлоискателя. Мы вернулись в город и купили в сувенирном магазине отеля «Дрейк» дешевые рюкзаки. Прокатились по набережной озера, пронеслись по паркам, в конце концов остановившись у скульптуры Клауд-Гейт. Мы кривлялись нашим зеркальным отражениям в «Бобе» и прошли под скульптурой, держась за руки и разглядывая ее снизу, что напоминало воронку черной дыры.
— Куда дальше? — спросил он. — Постой, дай угадаю. Художественный институт?
Я остановилась и улыбнулась. Я была рада, что он так хорошо меня знает.
— Куда же еще?! Тем более что это так вписывается в программу сегодняшнего дня.
— А у нас была программа?
Я подошла к нему, взяла его за руки и поцеловала, встав на цыпочки.
— Искусство дает мне ощущение полета, и это именно то, что я чувствую весь день с тобой. Паря над городом во время завтрака, гуляя, держась за руки. А сейчас просто смотря тебе в глаза.
— Осторожней, — сказал он с игривой интонацией. — Ты заставишь меня краснеть.
Я от души рассмеялась.
— Вот на что я бы с удовольствием посмотрела.
Мы сдали велики в одной из точек проката и начали идти по парку Миллениум в направлении музея.
— Ты был в Европе? — поинтересовалась я.
— Несколько раз, — ответил он.
— Я не была. Хотя всегда хотела туда съездить. Я мечтаю побывать в Лувре и Сикстинской Капелле. Хочу стоять там и проникаться той силой власти, которая присутствует там, потому что это важно, это бессмертно и... — Я заставила себя остановиться, качая головой.
— И что? — спросил он.
— Ничего. Это неважно.
Он взял меня за руку и легонько сжал ее.
— Ничего, серьезно. Просто случайные глупые мысли.
— Самые лучшие, чтобы поделиться ими на воскресной послеобеденной прогулке.
— Ладно, — согласилась я, делая вид, что делаю это нехотя. — Я думала о моем отце. Я действительно его люблю. Но в политике нет страсти. Не для меня. Я сделала это, я получила степень, но это не мое, понимаешь? Потому что это не способ что-то создать, это потребление. Политика — это способ отобрать у других и разделить между собой.
— И, несмотря на это, ты уезжаешь в Вашингтон.
Я отвела взгляд, пожимая плечами.
— Это замечательная возможность.
— Да, — ответил он.
Я взглянула ему в глаза.
— Но?
— Я просто думаю, замечательная ли эта возможность для тебя?!
Я промолчала. Я сказала Эвану, что он знал меня настоящую, но только сейчас я осознала, что это значит, и не была уверена, что мне это нравится. Это было хорошо, когда касалось постели. И совершенно по-другому, когда он действительно знал, о чем я думаю.
Тогда я не отнеслась к его словам серьезно, отмахнулась от них, как от назойливых комаров. Как от чего-то незначительного и бессмысленного. Подумаешь. И еще потому, что не хотела говорить ни о искусстве, ни о политике. Вообще ни о чем, что могло бы подсказать мне, чем я хочу заниматься в своей жизни. Поэтому я предложила вместо музея взять такси и поехать в зоопарк «Линкольна». Это было идеальным решением. Мы оставили тему о моей работе и увлечениях и провели остаток дня, гуляя, держась за руки, покупая мороженое в рожке и содовую, чтобы как-то охладиться. Мы фотографировали животных и пересылали друг другу фото.
Это было глупо. Это было весело. Это именно то, что мне было нужно.
