Теперь Панку дает команду на прорыв. В воротах коммунистические толпы перекрывают нам выход с возгласами: «Панку и Кодряну – выходите!» Мы проходим тридцать метров мимо толпы и направляемся к воротам, Панку в середине, справа один ремесленник, слева я. У нас руки в карманах, на револьверах, и мы идем вперед, не говоря ни слова. Стоящие у входа рассматривают нас молча. Теперь только лишь немного шагов разделяют нас. Я ежеминутно ожидаю услышать свист пули. Мы проходим прямо и решительно. Все-таки это необычное мгновение... Еще нужно пройти два шага... Тут коммунисты расходятся направо и налево и освобождают нам дорогу! Примерно в десяти метрах удаления мы идем в беззвучной тишине между их рядов. Мы не смотрим ни вправо, ни влево. Ничего нельзя услышать, даже дыхания.
За нами идут наши. Они тоже проходят, но теперь молчание переходит в бранные слова и угрозы. Тем не менее, до столкновения не доходит. Мы сплоченными рядами идем вдоль железнодорожных путей к вокзалу Ясс. Над цехами победоносно развевается румынское знамя...
Моральный успех этого действия огромен. «Гвардия национального сознания» – это тема разговоров дня. Предчувствие румынского пробуждения носится в воздухе. Железнодорожные поезда разносят это пробуждение по стране на все четыре стороны света.
У нас есть уверенность, что большевизм потерпит поражение. Перед ним поднялась стена осознания, которая предотвратит его распространение. Все дороги для его продвижения перекрыты.
Спустя некоторое время последовали также мероприятия правительства генерала Авереску, которые лишили большевизм всех шансов на успех.
«Гвардия национального сознания» была боевой организацией для уничтожения противника.
Вечерами 1919 года я часто беседовал с Панку. Я говорил ему:
Недостаточно только победить коммунизм, мы должны бороться за права рабочих. У них есть право на хлеб и честь. Мы должны бороться против жаждущих власти партий и создавать национальные рабочие организации, чтобы рабочий смог получить свои права в рамках государства, а не против государства.
Мы не позволим никому устанавливать на румынской земле какое-то другое знамя, кроме знамени нашей национальной истории. Насколько бы ни был прав рабочий класс, мы не можем позволить ему восставать над и против границ страны. Никто не может принять того, что в справедливой борьбе за хлеб насущный все, что создал двухтысячелетний труд усердного и смелого народа, будет опустошено и достанется в руки чужому народу банкиров и ростовщиков. Каждому – его право, но в рамках права его народа. Нельзя допустить, чтобы ради собственного права было разрушено историческое право народа, к которому ты принадлежишь.
Но мы так же мало можем допустить, чтобы под твоей защитой национальных лозунгов властолюбивый и эксплуататорский слой притеснял рабочий класс, буквально сдирая с них шкуру и беспрерывно повторяя лозунги: об отечестве – которое они не любят, о Боге – в которого они не верят, о церкви, которую они никогда не посещают.
Так мы принялись организовывать рабочих в национальные профсоюзы и даже создавать для них политическую партию «национально-христианского социализма». (В те времена я еще ничего не слышал об Адольфе Гитлере и о немецком национал-социализме).
Мы приступили к организации национальных профсоюзов. Я хочу привести здесь учредительный протокол одного такого профсоюза, который был опубликован в «Constiinta» в номере за 9 февраля 1920 года, чтобы дать картину национального сознания рабочего класса тех дней:
«Мы, нижеподписавшиеся, ремесленники, рабочие и служащие Государственной табачной фабрики R.M.S., собравшиеся сегодня, в понедельник, 2 февраля 1920 года, в доме Гвардии национального сознания на улице Александри, дом 3, под председательством господина К. Панку, активного председателя Гвардии, ввиду преступных намерений нескольких элементов, которые служат другим интересам, а не интересам своего народа, и ввиду пропаганды, которую они ведут, чтобы угрожать дальнейшему существованию народа, а также всем нам, которые на протяжении всей жизни должны бороться за ежедневный кусочек хлеба, единственное питание нас и наших детей, – мы честные и справедливые румынские рабочие, которого со знаменем нашего отечества хотим идти к его благу тем путем, который предписывают наивысшие интересы народа, и хотим положить конец враждебной пропаганде в наших рядах, приняли решение объединиться в национальном профсоюзе, для которого мы выбрали нижеперечисленное правление, а также представителя Гвардии национального сознания». Следуют 183 подписи.
«Руководители» коммунистических рабочих в Румынии не были ни румынами, ни рабочими.
В Яссах: Доктор Гелертер, еврей; Гелер, еврей; Шпиглер, еврей; Шрайбер, еврей, и т.д.
В Бухаресте: Илие Москович, еврей; Паукер, еврей, и т.д.
Вокруг них некоторое количество заблуждающихся румынских рабочих.
