В одиннадцать часов вечера нам сообщают, что мы можем покинуть здание в группах по трое. Власти надеются, что таким образом задержат меня у входа. Мы принимаем условие. Каждые пять минут здание университета покидают по три студента. У входа их внимательно осматривают четыре полицейских комиссара и чиновники уголовной полиции. Они ищут меня. Я быстро избавляюсь от моего румынского национального костюма, даю его одному товарищу и надеваю гражданский костюм. Затем я выхожу с Симионеску и с еще одним. Я открываю большую входную дверь и роняю как бы случайно несколько монет. Когда монеты со звоном падают на каменный кафель, чиновники уголовной полиции смотрят вслед им и кричат нам: «Вы потеряли деньги!» Мы наклоняемся к земле, отворачиваем лица и ищем. Полицейские тоже наклоняются и помогают нам в этом. Симионеску беседует с ними. Он пытается зажечь спичку. Между тем я уже убежал.
Во всей таинственности продолжение заседания переносится на следующий день в монастырь Четэцуя за городом. Я переодеваюсь кочегаром и прокрадываюсь наружу. Когда я прихожу, даже товарищи не узнают меня в первый момент. Сегодня председательствует Ион Моца. Мы выставляем дозорного и работаем в полном спокойствии. С нашего холма каждого человека можно увидеть уже на расстоянии двух километров. До позднего вечера мы остаемся вместе. Делаются предложения и принимаются решения. На этом заседании 10 декабря объявляется национальным праздником студенчества.
На третий день мы продолжаем наши обсуждения в маленьком лесу на холме Галата. Принимаем решение продолжать борьбу. Выбирается руководящий комитет, который должен разработать директивы для работы студенчества всех университетов. В этот комитет входят: Ион Моца из Клужа, Тудосе Попеску из Черновцов, Илие Гырняца из Ясс, Симионеску из Бухареста и я. Созданием этого комитета окончательно устраняется прежнее руководство бухарестского студенчества, которому очень сильно недоставало решимости и энергии. Внешне оно некоторое время еще существует, но студентами, тем не менее, больше не руководит.
Теперь в первый раз публично принимается новый лозунг: борьба против политических партий. Эти партии – это чуждые народу сообщества интересов. Нужно пробудить веру в новое румынское движение, в движение, за которое студенты публично признают свою ответственность и которое они поведут к победе. Это движение называется: «Лига христианско-национальной защиты».
На четвертый день мы закончили наше совещание в доме госпожи Гики. Заседание заканчивалось. Вечером студенты снова поехали в их университетские города. Я ехал в Кымпулунг, чтобы подготовить большой съезд «Лиги» в Буковине. Профессор Куза и все руководители движения должны были принять участие в нем. Только с большим трудом мне удалось проехать. Власти издали приказ о моем аресте.
В поездке я еще раз с радостью размышлял о наших решениях, которые мы приняли на этом заседании. Встреча прошла под знаком нашего боевого духа. Больше всего я радовался, что наша группа получила нового борца: Иона Моцу, председателя студенческого союза Клужа.
Съезд в Кумпулунге происходил 17 сентября 1923 года. Его проведение стало возможным только после тяжелой борьбы, так как правительство запретило его и вызвало из Черновцов войска под командованием полковника. Власти были решительно настроены на то, чтобы предотвратить заседание любыми средствами. Доступы к городу были перекрыты сильными воинскими подразделениями. Мы собрали наши силы у западного входа в город напротив Садовой и Пожориты. Там мы прорвали военные оцепления с помощью крестьянской гвардии из Дорна-Ватры и Кандрени. Мы охраняли длинный обоз, состоявший из нескольких сотен крестьянских телег, которые блокировали проезд более одного часа.
Народное собрание проводилось на кладбище у городской церкви. На нем выступали: профессор Куза, мой отец, доктор Кэтэлин, председатель буковинской организации, Тудосе Попеску, братья Октав и Валериан Дануляну, которые с пылающей душой организовали этот впечатляющий конгресс вместе с доктором Кэтэлином.
