Эта неторопливость была обманчивой, ловушкой для неопытных. Практически одновременно с вырвавшимся на свободу ярким фиолетовым лучом сайбера такая же нестерпимо-раскаленная молния Силы сорвалась с чешуйчатых пальцев и ударила в то место, где стоял молодой джедай, стараясь испепелить его.
Голубой луч, ловко разрезав коварную тьму, кинулся наперерез раскаленной смерти и успел перехватить ее, искрящуюся и трещащую, поглощая ее жгучую энергию и сводя на нет ее убийственную силу.
Молодой джедай, напрягши все силы, удержал дрожащий и гудящий меч в руках, и сам выбросил вперед руку, выставляя между собой и врагом тонкую прозрачную полусферу, о которую с треском разбилась следующая пущенная молния, разбрызгивая раскаленную плазму.
Буквально в один скачок, сквозь исчезающую невидимую тонкую пленку защиты, Люк оказался рядом с неизвестным и его меч скрестился с фиолетовым лучом нападающего, Джем Со против Джем Со, как отражение в зеркале.
Превознося грубую силу и мощь, стиль Джем Со базировался на широких, мощных ударах, а также на контратаках, проводимых сразу после парирования удара противника, и Люк, часто тренировавшийся с Дартом Вейдером и привыкший выдерживать и мощь его ударов, и тяжесть его тела, которую ситх вкладывал в каждый свой удар, не щадя сил, легко выдержал мощь, противопоставленную ему его более высоким соперником. К тому же, у более легкого Люка было преимущество — его скорость, его проворность.
Разгоняя клубящуюся тьму, разрывая ее в клочья, Люк теснил соперника прочь от лестницы, и черные щупальца, расползшиеся по земле, испуганно забирались обратно под развевающиеся темные одежды, обожженные светлой Силой джедая.
Гвардейцы Люка, как по команде, выстроились на верхней площадке, наставив на дерущихся оружие, и из полумрака, смешанного со струящимся из здания светом, неторопливо выступила высокая фигура в ярких черно-красных одеждах.
С минуту Инквизитор наблюдал яростную рубку у подножия лестницы, пока из-за его спины не выступила вторая фигура, массивнее и выше, укрытая до самой земли плащом.
И третья, маленькая гибкая фигурка женщины, чуть покачиваясь на высоких тонких каблучках, выскользнула из мрака, и встала рядом с Дартом Вейдером.
Три разума, сплетясь, воссоединились, словно три части единого целого, сверкающей черной отполированной призмы, состоящей из трех причудливых деталей, четко попадающих в пазы друг друга, и Сила троих тоже слилась воедино, практически образовав единую, невероятной, небывалой мощи.
Вмиг вокруг тела джедая, словно отгораживая его ото всего мира непроницаемой отполированной блестящей мраморной черной стеной, образовался защитный трехсторонний экран, заключая внутри себя светлую звезду его Силы, и фиолетовый клинок, не успев опуститься, встретиться с сайбером джедая, со всего размаху обрушился на полированную стену и выбил целый сноп искр и пламени.
Люк, опустив меч, отступил вглубь защитной фигуры, и его противник, переводя дух после схватки, тоже отступил прочь. Фиолетовый луч в его руке погас; и темнота вновь налила все кругом чернильными водами.
— Кто ты такой? — поинтересовался Дарт Вейдер, сверху разглядывая стоящего неподвижно ронина.
— Малакор Строг, — ответил тот.
— На что ты надеялся, придя сюда? — произнес Дарт Вейдер, глядя в бесстрастное бледное лицо, обращенное к нему. — Разве ты не знал, что здесь находимся все мы?
— Знал, — хрипло ответил неизвестный, сверкая странными фиолетовыми глазами.
— Зачем ты пришел сюда?
— Мне нужна Алария.
— Почему ты решил, что мы отдадим тебе ее?
— Зачем вам она? Вы рискнете из-за такого никчемного существа?
Губы незнакомца изогнулись, но в этом движении лица не было ни презрения, ни удивления, ни злости. Всего лишь одна маска сменилась другой, ненастоящей, неподвижной.
— Не отдадим. Рискнем.
— Отчего? — произнес ронин, но в его глуховатом голосе не было ни удивления, ни насмешки. Он не только выглядел как неживой — он и говорил так же.
И чувствовал.
Точнее, он ничего не чувствовал.
Эта прекрасная, сильная, тренированная оболочка, все сто килограммов мышц, внутри были налиты чернотой такой темной и непроглядной, словно сама смерть была помещена в тело этого человека.
— Оттого, — в тон ему ответил Дарт Вейдер, — что нельзя просто так прийти ко мне и взять то, что хочется. Убить того, кого хочется. Здесь все мое. Даже если оно мне не нужно.
Ронин медленно обошел вращающуюся черную прозрачную призму, защищающую от него Люка, и медленно ступил на лестницу, с которой его гнал джедай.
Трое наверху стояли неподвижно, не шевелясь.
Ступенька за ступенькой он приближался к Триумвирату, и его страшная, всепожирающая, наполненная воплями умирающих и страдающих безумцев тьма бежала впереди него, протягивая жадные голодные щупальца к замершим наверху ситхам, соскальзывая с полированной гладкости их слившихся воедино мощи.
У подножия верхней площадки он встал, осматривая всех троих своим неживыми, ненастоящими глазами, поочередно заглядывая внутрь каждого, прикасаясь к темной сути, наполняя душу каждого.
