Тим поколебался. С одной стороны, он не хотел никому рассказывать про настоящую цель… с другой — этот человек только что спас ему жизнь.
— У меня миссия, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал твердо. — Я должен… я иду за Лисий перевал.
— Миссия? — тихо переспросил Томас.
— Я видел его, — вдруг выпалил Тим, и голос его дрогнул. — Дракона. Видел, как он… как всё сгорело. Всю деревню. И отца… — Он сжал кулаки так, что костяшки побелели. — Знаешь, что самое страшное? Я даже не смог… я просто стоял и смотрел. А теперь все говорят, что драконов не существует. Но есть пророчество. Я слышал его. О воине, который встанет против великого змия. И пламя обратится против пламени. Я приду, и я…
Договорить он не успел — тяжелая рука Томаса опустилась ему на затылок. От неожиданного подзатыльника в глазах потемнело, голова мотнулась вперед, а шею пронзила острая боль. Тим охнул, потирая ушибленное место.
— Это чтоб думал головой, — проворчал Томас. — Пока она еще на плечах. Драконы, пророчества… а сам чуть бандитам все отцовское не отдал.
Тим молчал, глядя в землю. Что тут скажешь? Да, глупо вышло. Но он всё равно пойдет. Должен пойти. Такова его судьба.
— Да, — твердо сказал Тим. — Я не верю, что он просто… что он просто… просто погиб.
— Хм, — Томас задумчиво почесал подбородок. Он помолчал, разглядывая Тима. В его взгляде мелькнуло что-то похожее на беспокойство. — Знаешь что… я, пожалуй, провожу тебя немного. До следующего города хотя бы. А то у меня от здешних мест что-то поясница ноет — верный признак, что дорога неспокойная.
Он сделал вид, что разминает спину, но Тим заметил, как внимательно рыцарь наблюдает за ним.
— До города? — переспросил Тим. — А как же турнир?
— Турнир никуда не денется, — проворчал Томас. — К тому же… негоже старому рыцарю бросать ребенка одного на опасной дороге. Еще влезешь куда-нибудь, кто тогда перед твоей бабушкой ответ держать будет?
В его голосе явно слышалось облегчение, словно он только что нашел достойный повод отложить что-то неприятное. Тим хотел было возразить насчет "ребенка", но промолчал, потирая все еще ноющий затылок.
Томас выпрямился, и даже в тусклом свете луны было видно, как изменилось его лицо — словно маска усталого пожилого рыцаря спала, обнажив что-то иное, более сильное и решительное.
— Вот что, — сказал он. — Я научу тебя, как не попадаться всяким проходимцам. А ты пообещаешь не делать глупостей. По рукам?
Тим кивнул, чувствуя странное облегчение. Все-таки одному на север идти было… тревожно.
— Только помни, — тут же проворчал Томас своим обычным учительским тоном, — командую я. И никаких самовольных вылазок. Особенно с подозрительными незнакомцами.
— Даже если они предложат короткий путь? — слабо улыбнулся Тим.
— Особенно если предложат короткий путь, — Томас закатил глаза. — Все короткие дороги ведут в одно место — в могилу! И перестань ухмыляться. Чуть не отдал свой меч и доспехи первым встречным проходимцам, а теперь зубы скалит!
Но в его голосе слышалось что-то похожее на отеческую заботу. Он огляделся и сказал: "А теперь давай выбираться отсюда, пока наши "друзья" не надумали вернуться с подкреплением".
Дым от костра упрямо лез в глаза. Тим в третий раз попытался разжечь огонь, но отсыревшие ветки только шипели и чадили. После той ночной встречи с бандитами прошла неделя, и Томас, казалось, задался целью научить его всему, что должен знать путешественник. Включая искусство разведения костра в сырую погоду.
— Нет, нет, — Томас покачал головой. — Ты опять неправильно складываешь. Сначала тонкие веточки, потом…
— Я знаю! — огрызнулся Тим. Последние дни выдались трудными — они шли в основном по бездорожью, избегая больших трактов. Томас объяснил это тем, что после той истории с бандитами лучше держаться подальше от людных мест. "Кто знает, сколько у них дружков в округе", — проворчал он тогда.
Дождь моросил уже третий день, превращая тропы в грязное месиво. Одежда отсырела, в сапогах хлюпала вода. Даже меч на поясе, казалось, стал тяжелее от влаги.
— Вот, смотри, — Томас наклонился, чтобы показать, как правильно уложить растопку, но вдруг замер. Его рука медленно потянулась к рукояти меча.
Тим тоже услышал — легкие шаги по мокрой траве. Кто-то приближался к их стоянке.
— Путники, не нужно оружия, — раздался спокойный женский голос. — Я просто ищу место для ночлега.
Из-за деревьев вышла высокая женщина в дорожном плаще. Капюшон был откинут, открывая светлые, коротко остриженные волосы. На вид ей было около тридцати. Что-то в её движениях напомнило Тиму кошку — такая же плавная, настороженная грация.
— Меня зовут Люсин, — она слегка склонила голову. — Я видела ваш дым и подумала…
— Какой дым? — хмыкнул Томас. — От этих веток только чад.
Люсин улыбнулась — скупо, самими уголками губ: — Да, заметно. Позволите?
Она подошла к костровищу, и Тим невольно отступил. Было в ней что-то… странное. То ли в слишком прямой спине, то ли в том, как внимательно она осматривала всё вокруг.