– Железо распространяется все быстрее… – На нас упала тень – подскакал Оберон на боевом скакуне, его глаза светились янтарем в забрале рогатого шлема. – После каждой битвы мы вынуждены сдавать позиции. Вместе с каждым поверженным Зимним или Летним фейри Железное королевство растет, уничтожая все у себя на пути. Если так пойдет и дальше, то не останется ничего. – В голосе Оберона зазвенел гнев. – А еще, Меган Чейз, я велел тебе не лезть в битву. Ты бросилась навстречу опасности, вопреки всем моим стараниям тебя уберечь. Почему ты меня упорно не слушаешься?
Пропустив вопрос мимо ушей, я опять оглянулась на темный лес, где скрылись остатки Железных тварей. Враг, изготовившийся к дальнейшему продвижению, наблюдал за нами своим ядовитым взором. Где-то там, в безопасности Железных земель, поджидал фальшивый король, терпеливо и самоуверенно, ведь никто бы не смог его тронуть.
– Теперь он знает, что я здесь, – прошептала я, с трудом подавив дрожь в голосе. – Мне нельзя здесь оставаться – чтобы захватить меня, он будет насылать на вас все, что только способен.
– Когда ты уходишь? – В голосе Оберона не было ни тени чувства.
Я тихонько вздохнула.
– Вечером. – И, вздрогнув, обхватила себя руками за плечи, не в силах скрыть собственный испуг. – Чем скорей, тем лучше. Все, пора.
Я аккуратно положила одеяло к остальным припасам: пакетикам с орешками и сухофруктами и меху с водой. Вода, еда, одеяло… что еще мне пригодится в этом адском походе? Просто убила бы за некоторые чисто человеческие мелочи – фонарик, аспирин, туалетную бумагу!.. Увы, в Небывалом не собирались потакать моей наполовину человеческой природе.
Полог палатки откинули, и в жутковатом красном лунном свете нарисовался силуэт Ясеня.
– Готова?
Я закрыла рюкзак и, вполголоса чертыхаясь, негнущимися пальцами стала бороться с завязками.
– Более или менее… – Вот черт, опять не так завязываю!
Ясень схватил меня в охапку и накрыл мои дрожащие ладони своими руками. Я смежила веки и расслабилась. Прохладное дыхание щекотало мне шею.
– Я не хочу быть их убийцей, – прошептала я. Он промолчал, только пальцы сжал покрепче и прижал меня еще сильнее. – Я не думала… когда убила Машину… не думала, что придется опять… У меня с тех пор кошмары.
Я вздохнула и спрятала лицо у него на груди.
– Я не иду на попятную. Понимаю, что должна все это сделать, но… Я не убийца, Ясень!
– Знаю, – прошептал он мне на ухо. – Ты
Он разжал кулаки, развернул мои ладони кверху и стал поглаживать подушечки большими пальцами.
– Видишь, чистые. Ни пятен, ни крови. Поверь мне, видела бы ты мои…
Ясень со вздохом вновь стиснул кулаки, пряча в них мои ладони.
– Я хотел бы избавить тебя от моей судьбы, – выдохнул он тихо-тихо, едва слышно. – Давай я сам убью фальшивого короля. На моих руках так много крови, что еще одно убийство ничего не значит.
– Ты это сделаешь?
– Если смогу.
Я раздумывала над его предложением. Обниматься было уютно.
– Пожалуй… ведь не важно, кто его прикончит, да? Главное, чтобы лжекороль умер?
Ясень пожал плечами, но мне было как-то не по себе от такого решения. Я сама согласилась убить фальшивого короля, нельзя, чтобы кто-то убивал вместо меня, особенно Ясень.
Хотя я по-прежнему не представляла, как и что буду делать, когда мы окажемся на месте. На этот раз у нас не было магической стрелы. Была только… я.
– Давай пока не будем беспокоиться об этом, – предложила я, не желая больше думать на подобные темы. – В любом случае, сначала нам нужно до него добраться.
– Вот именно. А мы никогда не доберемся, если вы друг с другом так и будете все время обжиматься, – объявил Пак, с шумом врываясь в палатку.
Покраснев, я отскочила от Ясеня и притворилась, будто вдруг решила перепроверить припасы. Пак фыркнул и распахнул полог нараспашку.
– Если вы, наконец, готовы…
Мы вышли в тихую морозную ночь. Дыхание застывало в воздухе, черные, как сажа, снежинки падали на руки и лицо. До самого леса, по обе стороны дороги армии Зимы и Лета провожали нас взглядами, сотни эльфийских глаз горели в темноте. Где-то в глубине лагеря завизжала виверна, в остальном все было тихо.
Маб и Оберон стояли в первом ряду, недвижимые, как сами деревья. Дальше поблескивал и растворялся в темноте лес стальных деревьев.
– Мы дали вам все, что смогли, – объявил Оберон, и его голос торжественным эхом громыхнул над толпой. – Нам остается лишь пожелать вам удачи. С этого момента вы – сами по себе.
Маб махнула рукой, и из толпы к ней подскочил гоблин в лиственной маскировке, здорово смахивающий на живой куст.
– Нюхх выведет вас на опушку леса, к настоящей пустоши, – выдохнула она, не сводя взгляда с Ясеня. – Дальше пойдете сами. Туда, откуда наши разведчики никогда еще не возвращались.
Оберон по-прежнему рассматривал меня непроницаемыми зелеными глазами. Лесной владыка выглядел уставшим и осунувшимся; впрочем, быть может, просто тени так легли ему на лицо.
– Будь осторожна, дочь, – проговорил он голосом, обращенным только ко мне.
