Силы Лета и Зимы подались назад, а я вдруг ощутила источаемую насекомыми волну Железных чар. Я прищурилась и всмотрелась, стараясь не отвлекаться на окружающее безумие. Жуки как будто высветились резкими силуэтами на смазанном фоне, вокруг них, холодно и бесцветно, мерцали Железные чары. Плотные громоздкие панцири были практически неуязвимы, зато конечности у насекомых показались мне тоненькими и жиденькими, едва способными удержать вес чудовищ. Сочленения были хрупкие и заржавленные… и у меня забрезжила призрачная идея!
– Ясень, Пак! – Оба тут же подскочили ко мне. – По-моему, я знаю, как свалить жука, только нужно подобраться ближе! Расчистите мне дорогу!
Пак непонимающе нахмурился.
– Что, прямо на врага? Нам приказали отступать!
– Нужно остановить этих жуков, пока они тут половину лагеря не затоптали! – Я с мольбой повернулась к Ясеню. – Я смогу, но вы должны меня прикрыть! Ясень, пожалуйста!
Тот некоторое время смотрел на меня, затем коротко кивнул.
– Мы тебя туда доведем. Плут, прикрой меня сзади.
Он бросился вперед, против потока отступающих фейри, Пак за ним. Мы пробивались в самый эпицентр битвы, туда, где землю усеяли покалеченные тела павших. Выжившие бились здесь гораздо более ожесточенно, и моим телохранителям приходилось непросто.
Раздался огнестрельный залп – виверна взвизгнула и, рухнув на землю в нескольких шагах от нас, бешено захлопала крыльями. Массивное насекомое маячило над нашими головами, блестящий черный панцирь загораживал солнце.
– Так достаточно близко, принцесса? – Пак отбивался от двух проволочных солдат, целящихся в него острыми, как бритвы, когтями. Ясень по другую руку от меня взревел и схлестнулся с Железным рыцарем, мечи звенели и пели у нас над головами.
– Задержите их на несколько секунд! – выкрикнула я, отвернулась к железному насекомому и стала разглядывать его брюхо снизу. Да, конечности сочлененные, на металлических болтах. Паучья лапа топнула совсем рядом со мной, я увернулась и зажмурилась, напитываясь Железными чарами прямо из воздуха, от жука и зараженных земель вокруг нас. Грохотали ружейные выстрелы, пели мечи, крики фейри отдавались у меня в голове, но я положилась на своих телохранителей, а сама сосредоточилась на главном.
Я распахнула глаза, уставилась на одну из насекомьих конечностей, на крошечный болт, скрепляющий два сочленения, и
– Да! – заверещала я. Но тут опять нахлынула тошнота, желудок скрутило от боли, и я упала на колени, еле сдерживая рвоту.
Надо мной нависла тень – чудовищный корпус жука медленно опрокидывался, распугивая и Железяк, и обыкновенных фейри, однако сил не было даже шевельнуться.
В глазах потемнело… но тут Ясень схватил меня за руку и рывком поднял на ноги. Мы отскочили в сторону, а жук, издав громогласный стон, перевернулся на спину, раздавив под собой своих же стрелков-наездников. Чудище валялось вверх тормашками и беспорядочно дергало уцелевшими лапками.
Я истерически хихикнула. Ясень буркнул что-то неразборчивое и крепко меня обнял.
– Тебе нравится пугать меня до потери пульса, да? – прошептал он, я почувствовала, как принц дрожит – от волнения или чего-то еще? Не успела я ответить, как он меня отпустил, отстранился и вновь сделался бесстрастным телохранителем.
Переводя дух, я посмотрела вслед исчезающим в металлическом лесу железным тварям. Второго жука опутала и повалила на землю мешанина извивающихся лиан и веток; его стрелков пронзили гигантские ледяные копья. Видимо, работа Маб и Оберона.
– Все закончилось? – спросила я. – Мы победили?
Пак, весь покрытый чем-то черным и липким, как масло, кивнул, но взгляд у него был мрачный.
– Если можно так выразиться, принцесса.
Я огляделась по сторонам, и меня опять замутило. По всему полю лежали тела нападавших и защитников, кто-то стонал, другие были тихи и недвижны. Некоторые уже обращались в камни, лед, землю, ветви, лужицы воды или вовсе бесследно растворялись. Иные метаморфозы происходили моментально, другие растягивались на несколько часов. Так или иначе, от эльфов не оставалось физических оболочек.
Теперь я заметила, как близко подступил Железный лес – практически к центру лагеря. К моему ужасу, прямо у нас на глазах молоденький зеленый росток покрылся блестящим металлом, серый яд пропитал его до самой сердцевины, насквозь. Несколько листиков отделились от ствола и, кружась, легли на землю, поблескивая, как лезвия.
