Пока они шли к лифту, Розалин не поднимала глаз. Она думала о том, что портье прекрасно понял, что происходит. Но он ничегошеньки не сделает. Ведь даже в полицию звонить нет смысла! А сам он против ее спутника – букашка. Вот так и получается, что на некоторые вещи проще не обращать внимания.
Однако, сэр Томас – очень странный тип! Снял номер в лучшей гостинице, но если он – один из элиты, то где же его охрана и слуги? Пусть он приехал в город на время, но даже у нее на такой случай был телохранитель! И почему он самолично забрал ее у Пайнса? Чтобы Корнштейн ничего не узнал? Неужели она так сильно ему нужна? Перед этим вопросом измученный разум Розалин пасовал.
Первым, что она увидела в номере, был стоящий под зеркалом изящный телефонный аппарат в корпусе под слоновую кость с начищенными до блеска медными деталями. Позвонить Алексу!
Но после быстрой ходьбы Розалин бессильно опустилась на маленький кожаный диванчик у входа, тяжело дыша. Каждый вздох ножом вонзался в спину.
– Тебе плохо? – наклонился к ней сэр Томас.
– Я ранена, – выдохнула она.
– Верно, Пайнс упоминал об этом, – задумчиво сказал он.
Тогда сэр Томас присел перед ней на корточки и стал расстегивать ее пальто. Спорить не было сил.
При ярком свете гостиничного номера Розалин получше пригляделась к рабовладельцу. Он был не старше Алекса, в дорогом сером пальто и костюме с идеально белым воротничком. Пока он возился с пуговицами, его лицо было так серьезно, словно он делал хирургическую операцию.
Чего ей ждать от него?
Сэр Томас помог ей снять пальто. Вынув руки из рукавов, Розалин осознала, зачем мистер Пайнс его на нее надел: платье горничной превратилось в юбку. Верхняя часть была оторвана и наготу прикрывали только опоясывающие грудь и спину бинты.
Розалин ощутила, как кровь приливает к щекам. В какое дурацкое положение она попала: полуголая в номере незнакомого мужчины, который к тому же считает ее своей собственностью!
Она с вызовом взглянула на сэра Томаса.
– У вас не найдется какой-нибудь одежды?
Но тот сосредоточился на ее спине, внимательно ее разглядывая.
– Я вызову врача, – наконец сказал он, направляясь к телефону.
Мысль была настолько быстрой, что Розалин не успела ее толком обдумать.
– Нет, постойте! – схватила она его за запястье. – Прошу вас, позвоните моему мужу! Он врач, он поможет! Позвольте ему меня осмотреть!
Сэр Томас взглянул на нее как-то странно.
– Твой муж – врач? – удивленно переспросил он.
Она кивнула. Ей показалось, что это сообщение изменило его мнение о ней.
Сэр Томас стряхнул ее руку.
– Как ты попала к Корнштейну? – прищурившись, спросил он.
– Это важно? – с раздражением откликнулась она.
Вместо ответа сэр Томас снова присел перед ней и пристально всмотрелся в ее лицо. От хищного взгляда серых глаз Розалин пробрала жуть. Она невольно ощутила себя совершенно беззащитной, как в алом зале на коленях перед Корнштейном…
А сэр Томас взял ее за левое предплечье и с силой надавил.
Боль пронзила руку до кончиков пальцев. Розалин яростно вырвалась и обхватила себя руками в инстинктивной попытке защититься.
– Прости, я должен был убедиться, – не меняя выражения лица, сказал сэр Томас и отступил.
– Убедиться? В чем? – с трудом выдохнула Розалин, взглянув на свое плечо, обезображенное черной меткой.
Но вопрос остался без ответа.
Сэр Томас исчез в глубине комнаты, но вскоре вернулся, протягивая Розалин чистую рубашку. Сам он уже успел снять верхнюю одежду.
– А теперь скажи мне правду! Как ты попала к Корнштейну?
Она со всей возможной быстротой оделась, сразу почувствовав себя увереннее.
Он проверял настоящее ли у нее клеймо. Зачем? Признаваться ему, что Корнштейн поймал ее при попытке похитить печать, более чем нелепо. Что ему сказать?
Мелькнула мысль притвориться, что она теряет сознание. Но как тогда заставить его позвонить Алексу?
– Если я расскажу, вы позвоните моему мужу? – спросила она.
– Ты не в том положении, чтобы ставить условия, – заявил сэр Томас.
Розалин сдалась. Сочиняя на ходу, она рассказала, будто Алекс помогал какой-то рабыне, а Корнштейн узнал об этом и похитил его жену.
Сэр Томас скептически оглядывал ее, прищурившись. Розалин готова была поспорить, что он не поверил ни единому ее слову. Тем не менее, когда рассказ был окончен, он сказал:
– Как тебя зовут?
– Линнет.
– Ты же понимаешь, Линнет, что рабство – это совершенно незаконно? – проговорил сэр Томас.
Она должна отвечать на это?
– Но в Лэмпшире есть вещи еще более незаконные, – продолжил он, глядя на нее в упор.
– Например? – не удержалась Розалин.
– Например, освобождение рабов, – заявил сэр Томас.
Розалин похолодела. У нее вспотели ладони.
Неужели он понял это из ее рассказа? Может быть, мистер Пайнс вовсе не сделал ей одолжение, вытащив из плена Корнштейна? Может быть, этот человек еще более опасен?
А может, он никакой и не сэр, а работорговец, действующий в обход Корнштейна.
– Я не понимаю, о чем вы… – тихо начала Розалин.