– Заткнись, Лиз! Еще хоть слово скажешь, и я поменяюсь местами с Винсом! И хватит уже пялиться на меня своими глазищами! Думаешь разжалобить? Ничего не выйдет!
Лиз не знала, что отвечать на подобное заявление. Бросив на нее напоследок злой взгляд, Энтони лег, отвернулся к стене и демонстративно засопел.
А она долго лежала без сна, пыталась придумать способ сбежать. Она вспомнила, как Алекс учил ее открывать замки с помощью шпильки для волос. Как же она ненавидела в этот момент свою косу, перетянутую лентой!
***
На второй день с самого утра молодой парень, которого Энтони называл Райли, снова достал из внутреннего кармана пиджака колоду карт.
Винсент сразу оживился.
– Ну, что? Обычная ставка? – поинтересовался у него молодой.
Его напарник кивнул, и на столике замелькали карты. Энтони не участвовал в игре, читая свежую газету, купленную у проводника, а Лиз с интересом следила за игрой.
Она не знала правил, да и вообще умела играть лишь в преферанс, но понаблюдав некоторое время, поняла суть, и ей пришла в голову отчаянная идея.
Когда Винс в очередной раз разочарованно откинулся на спинку сидения со словами «Да что ж не идет сегодня карта!», она сказала:
– А можно и мне с вами?
– С нами? – изумленно переспросил Райли и поглядел на напарника.
Даже Энтони оторвался от чтения.
– Денег у тебя нет, – заметил Винсент. – На что играть будешь?
– Полагаю, на раздевание, – предложила Лиз.
Бандиты переглянулись.
– Ты это серьезно? – поинтересовался Винс.
– Жизнь скучна без риска, – преспокойно ответила она. – А моя все равно скоро закончится.
Тот задумчиво прищурился.
– А если выиграешь?
– То раздеваться будете вы!
– Ого-го! – протянул Райли, но его напарник не торопился соглашаться и сверлил Лиз взглядом, пытаясь найти подвох.
Энтони резко отложил газету.
– Лиз, ты идиотка? Ты у них в жизни не выиграешь! Они же шулеры! Оно того не стоит!
Но Лиз не удостоила его ответом, а оглядела охранников.
– Так что, джентльмены? Или боитесь остаться без штанов?
Винс усмехнулся и бросил второму:
– Раздавай!
Но Энтони вмешался:
– Я тоже с вами! Буду следить, чтобы все было честно!
Лиз считала своим главным преимуществом феноменальную память. Ей бывало достаточно увидеть что-нибудь один раз, чтобы оно отпечаталось в мозгу. Поэтому она старалась просчитать и запомнить, у кого какие карты. Но из-за того, что все постоянно врали, это оказалось невозможно.
– Стрит! – заявил Винс, и она поняла, что ее план летит в тартарары. – Снимай одежку, милая.
Звякнув своими «браслетами», Лиз наклонилась и стянула с ноги ботинок. Райли загоготал, будто она в самом деле разделась догола.
– Еще разок? – поинтересовался он.
Лиз отчаянно кивнула. Энтони молча наблюдал за этой сценой, но и отговаривать ее не стал.
Второй раз Лиз снова проиграла, и второй ботинок занял место рядом с первым под сидением. Но сдаваться она не собиралась.
На третий раз ей все же удалось выиграть. Винс равнодушно снял пиджак и бросил на сидение.
– Это мой трофей! – заявила Лиз и забрала пиджак себе.
Здоровяк только усмехнулся.
К середине четвертого круга она вдруг почувствовала толчок от Энтони. Опустив глаза, она увидела, что он под столом протягивает ей туза. Но не успела она попытаться его взять, как…
– Туз под столом! – завопил Райли. – Мухлеж!
Винс перехватил карту и глянул на Лиз и Энтони.
– Ну, нет, Тони! Так не пойдет! Штраф!
– Какой еще штраф? – возмутился Энтони.
Лиз видела, что ему страшно неловко. Он в самом деле хотел помочь ей, а сделал только хуже.
– Полагаю будет штрафной предмет одежды! – глянул Винс на Лиз.
– Хорошо, – сказала она, чувствуя, как горят уши. – Я сниму жакет, но придется расстегнуть наручники.
Она протянула руки Винсу. Тот поразмыслил немного, потом неохотно достал из кармана брюк ключ и отомкнул оковы.
Лиз с облегчением потерла руки. За сутки металл успел натереть ей запястья, и избавиться от него было большим облегчением.
Она стала снимать жакет очень медленно. Сейчас был самый подходящий момент отвлечь мужчин чем-то и сбежать. Она знала, что в кармане пиджака, который она выиграла, лежал револьвер. Но воспользоваться им было страшно. Противников трое, а она одна. Никакой револьвер ей не поможет.
И вдруг она заметила на столике ключ. Чтобы запереть наручники, он не нужен, только чтобы открыть.
С бешено колотящимся от волнения сердцем она передала свой жакет Винсу. Но когда снова глянула на столик, ключа там уже не было.
Внезапно поезд дернулся и остановился.
Райли, сидевший у окна, откинул занавеску.
– Ничего себе! Уже Фирмингем! – сказал он.
– Надо бы прогуляться, – заметил Винс, защелкивая наручники на запястьях Лиз. – Позже доиграем!
Лиз плюхнулась на сидение, закусив губу. Кажется, она упустила свой шанс!
***
Снег на платформе блестел и серебрился в золотистом свете ярких фонарей. Но Энтони предпочел бы темноту. Он пытался скрыться, спрятаться от глаз.
Впрочем, кроме него и Винса вокруг не было ни души.
Зачем он вообще поехал с ними?