– Но Эстер хуже! – выплюнул он. – Он и кучка напыщенных болванов, которые его поддерживают! Они сидели с отцом за одним столом, пили его виски и играли с ним в покер! Они приходили к нему, когда нужны были деньги, когда нужно было разобраться с кем-то. А потом просто позволили избавиться от него, как от ненужной вещи, без суда и следствия! И ни один из них не хочет верить мне, не хочет идти против Эстера! А он смеет смотреть мне в глаза, являться в мой дом, да еще и ставить мне какие-то условия!
Руки Энтони сжались в кулаки.
– Я был там! Увидел утреннюю газету, а потом позвонил Эстер, и я почуял неладное. Я приехал на вокзал, и я видел, как Эстер и рыжий охранник столкнули его под поезд!
Лиз облизнула пересохшие губы.
– Рыжий охранник? Которого зовут Фредерик?
Энтони кивнул.
– Я знаю его! – сказала Лиз. – Он раньше служил у сэра Уоррена, а потом перебежал к графу, подставив своих друзей!
– Я знаю! – перебил он. – Я так много узнал за последние дни, что просто в голове не укладывается! Папа рассказал мне… про вас, про тайную жизнь богачей Суинчестера, про заговоры и убийства, про Рождественский аукцион… Он как будто чувствовал…
Энтони сжимал и разжимал кулаки, но Лиз все-таки спросила:
– И где теперь Фредерик?
– Увидел меня и сбежал! А Эстер несет чушь, что мне все показалось! Что он ни при чем! Но рыжий мог это сделать только с его подачи. Такой не убьет просто так.
Он взялся за рукоятку револьвера.
– Я проучу Эстера и остальных двуличных негодяев, которые уже грызут друг другу глотки за отцовский пост! А вы поможете мне!
– О чем ты, Энтони? – нахмурилась Лиз.
– Я хочу, чтобы вы помогли мне уничтожить Эстера и добиться должности мэра. По новому закону смертная казнь ждет каждого, кто вздумает продавать людей в Лэмпшире, а у отца все сделки Эстера записаны! Я могу натравить на него всю полицию округа! Но мне не справиться одному.
Лиз замялась.
– Но Энтони… Ты только что сказал, что считаешь нас виновными в смерти отца. Как мы можем тебе доверять?
– А я плевал на ваше доверие! – разозлился он. – Или вы со мной или против меня! Вот и весь твой нехитрый выбор, Лиз Коулман!
И он наставил на нее револьвер.
Лиз сглотнула.
– Я же не могу решать за всех.
– А придется!
Дуло револьвера уткнулось в ее бежевое пальто. У Энтони был какой-то отчаявшийся, сумасшедший взгляд. Лиз невольно вспомнила, что подобный взгляд был у него в поезде, когда он расстегнул ее наручники и отпустил, спасая от смерти.
– Хорошо, мы поможем тебе. Но ты освободишь всех своих рабов! – твердо сказала Лиз. – Если станешь мэром, будешь проводить политику против рабства!
– Здесь я правила устанавливаю! – рявкнул он.
– Тогда стреляй! Потому что других условий мы не примем, – сказала Лиз, глядя ему в глаза.
Энтони медленно опустил револьвер. Он сунул левую руку в карман, вытащил и протянул ее какую-то вещицу.
– Вот. Считай, что я согласен на твои условия. Пора положить этому конец.
Вздрогнув, Лиз взяла в руки металлическую печать с ританским флагом.
– Эстеру я не отдал, но он еще придет за ним, – произнес Энтони.
И Лиз поняла, что он доверяет ей свою жизнь, потому что не знает, на что может пойти Эстер ради этой мелочи.
– Я помогу тебе, Энтони, – сказала она. – Я сделаю все, что смогу, чтобы тебе помочь.
***
Розалин пыталась состряпать обед. Получалось не очень: на большой кусок теста не хватило начинки, и это поставило ее мясной рулет в неловкое положение.
Вообще-то она надеялась, что Лиз к этому времени уже вернется. Или придет Эсми. Словом, на сражение с рулетом в одиночку она не рассчитывала.
– Схожу к мадам Люсинде, заберу уголь, – вырвал ее из размышлений голос Алекса.
Он на ходу накидывал старушечий наряд.
– Да, конечно, – рассеянно ответила Розалин, отрывая лишнее тесто. – Если увидишь Эсми, попроси ее помочь мне.
Алекс подошел и чмокнул ее в щеку.
– Ты отлично справляешься!
Розалин фыркнула так, что вокруг разлетелась мука. Но Алекс был уже за дверью.
Дерек что-то мастерил наверху. Он переоборудовал одну из комнат в кабинет и пропадал там целыми днями. Джон звонил вчера из Рондона и говорил, что уладил все формальности. Они действительно победили!
В тот момент, когда рулет был приведен в должный вид и готов отправиться в печь, в кухню вбежала Эсми.
Задыхаясь, девушка круглыми глазами уставилась на Розалин. Рот у нее изогнулся, но вместо того, чтобы заплакать, она закричала:
– Сэм! Там! У мадам Люсинды! Он убьет его!
Сердце Розалин пропустило удар. Она сорвала передник и бросилась к Эсми.
– Кто кого убьет?
– Скорее! К мадам… Сэм! Там парень… Рыжий!
Этого было достаточно, чтобы Розалин выхватила револьвер и помчалась в публичный дом.
Пробежав по улице, она вихрем ворвалась в скромные двери под электрической вывеской. И тут же увидела того, в ком с ужасом узнала Фредерика.
– Стоять! – заорал рыжий парень, размахивая пистолетом.
Судя по нетвердым движениям, Фредерик был пьян. Он с сомнением прищурился.
– О! Уж не та ли это медсестричка? Какая встреча!
Он стоял перед стойкой, а на полу без сознания валялся Алекс. Позади него выглядывали из-за стойки сапоги Билли, тоже распростертого на полу.