Железная вдова полностью

– Вот и прекрасно! – Гао Цю встает, стул со скрипом отъезжает по лакированному полу. Он поднимает бокал. – За наше плодотворное сотрудничество!

Шиминь повторяет его жест.

Я делаю то же самое, но – какое несчастье! – задеваю его локоть. Пойло выплескивается на золотую скатерть. Я ахаю как от напускной, так и от реальной боли.

– Ах, прости, дорогой, мои раны…

– Ничего, пилот У, – говорит Гао Цю, однако голос его становится вязким, словно липкая грязь, а лицо мрачнеет. – Не вставайте, ни к чему.

Он вперяет злой взгляд в служанку и указывает ей на беспорядок. Та торопится за свежими скатертями. Я закусываю губу.

– Кажется, сама Вселенная предостерегает тебя, дорогой. – Я снова сжимаю руку Шиминя. – Тебе надо заботиться о восстановлении ци. Было бы жаль, если бы из-за этого что-то пошло не так в следующей битве. Гао-цзун, я с удовольствием выпью за нас обоих.

– Ладно. – Гао Цю медленно подмигивает мне. – Если уж Вселенная предостерегает…

О небо. Я вызвала его неудовольствие.

Остается надеяться, что барыш, который я ему принесу, сотрет этот эпизод из его памяти.

Я забираю у Шиминя наполовину пустой бокал, чтобы тот больше не притягивал к себе все его внимание. Доливаю бокал доверху и поднимаю его, глядя на Гао Цю.

– Приятно вести с вами дела, Гао-цзун.

Прикасаюсь губами к краю бокала и делаю глоток. Впервые в жизни я пробую алкоголь, и он обжигает мне горло, словно жидкое пламя, такое же едкое, как и его запах. Закашливаюсь, но принуждаю себя выпить всё до дна.

– Да. Очень приятно. – Гао Цю делает то же самое.

Шиминь неловко опускается на сиденье. Я хватаю собственный бокал, задерживаю дыхание и вливаю в себя содержимое.

Не представляю, как Шиминь пил бутылку за бутылкой этой гадости каждый день. Неудивительно, что его ци-доминанта – Огонь.

– Что ж, с вами, пилот Ли, мы дела закончили. – Гао Цю указывает на свой браслет. – Меня тут гости донимают, куда вы подевались. Ступайте, присоединяйтесь к празднику. Вас там уже заждались.

Шиминь переводит вопросительный взгляд с меня на Гао и обратно, хотя глаза его по-прежнему расфокусированы.

– Нам с пилотом У предстоит еще кое-что обсудить. В Чанъане у меня есть жилье, сдаваемое в аренду, – на случай, если ей захочется переселить свою семью. – Гао Цю произносит это слово с нажимом, словно издевку. – Не думаю, что вам эта тема придется по вкусу, ведь верно?

Глаза Шиминя становятся огромными, мои тоже.

– Ну давайте же, идите повеселитесь. – Гао Цю сверкает слишком лучезарной улыбкой.

Мой страх нарастает. Я смотрю на Шиминя так, будто хочу задержать его взглядом, но Гао Цю, похоже, не оставил нам выбора. Если нам нужна поддержка «великого босса», придется его слушаться.

Я опускаю глаза.

– Благодарю вас, Гао-цзун, – бормочет Шиминь после удушающей паузы. Он снова поднимается со стула и отвешивает легкий поклон. Затем я слышу его удаляющиеся шаги.

Не готовая остаться с Гао Цю один на один, я провожаю Шиминя взглядом. Голова раскалывается. В груди жжет. Даже воздух, который я выдыхаю, огнеопасен. Как бы мне хотелось, чтобы это мгновение в преддверии ада растянулось на целую вечность! Но Шиминь выходит из комнаты, и мне приходится вернуться в настоящее.

Под холодным взглядом Гао Цю я моментально застываю.

– Да ты и правда опасная девочка, пилот У, – врастяжку произносит он, и тон у него теперь совершенно иной. – Куда опаснее, чем я полагал. Угождаешь самолюбию своего парня, в то же время принимая за него все решения? Какая хитрюга.

– Я только хотела поддержать своего партнера, – торопливо отвечаю я. – Он – мое небо и моя земля.

– Вот как? – Гао Цю чуть-чуть наклоняет голову. – А как же мой героический сын? Он тебе кто?

Меня сводит судорога. Изо рта сами собой вылетают слова:

– Студент-стратег Гао и в самом деле оказал огромную помощь, когда мой партнер…

– Кончай прикидываться! – Голос Гао Цю хлещет через стол, словно плеть. – Я знаю все про тебя и моего сына. Еще когда вы были в горах.

Я забываю, как дышать.

Его взгляд становится еще холоднее, еще мрачнее.

– Я вовсе не такой беспечный папаша, как ты воображаешь, пилот У. Мой пятый сын не из тех, кто влюбляется. Интересно, чем ты его околдовала?

– Мы с ним никогда не преступали черту, – умудряюсь выдавить я. Сколько ему известно? Неужели он прицепил на собственного сына «жучка» или что-то в этом роде? И когда?

– Но у тебя ведь длинный список парней, которых ты водишь на поводке, как собачек, да?

Двое парней – длинный список?

Но этот аргумент мне не поможет. Для таких, как Гао Цю, два парня – это уже перебор.

– Я… я все еще девственница, – выпаливаю я единственное, что приходит в голову. – Честно! Велите какой-нибудь тетушке проверить.

Волна удивления проходит по лицу Гао. Во мне зарождается надежда, что он, может быть, отступится и даст мне уйти, но его черты снова твердеют, а оскал становится еще более злобным.