Пристально вглядываясь в полумрак коридора, я разглядел три странных силуэта, неестественно шатавшихся из стороны в сторону. Их движения были странными, резкими, будто кто-то извне управлял их телами, а разум уже не контролировал собственные конечности. Внезапно гробовую тишину нарушил резкий, короткий свист стрелы, прорезающей воздух. Я, не задумываясь, бросился вперёд, прикрывая Юну собственным телом. Стрела пролетела рядом, и в следующий момент раздался глухой удар — инквизитор, стоявший рядом с нами, упал замертво, стрела пробила его шею.
В одно мгновение всё вокруг погрузилось в хаос. Из темноты вырвались искажённые твари, обезумевшие и стремительные. Их искажённые тела двигались в неестественных углах, а глаза светились безумным, животным блеском, полные ненависти и голода. Они издавали хриплые, зловещие рыки, словно утратили возможность говорить и теперь выражали себя только агрессией.
Инквизиторы мгновенно построились в оборону, образуя плотный строй. Их мечи и копья мелькали в воздухе с мастерством и точностью, отражая яростные атаки тварей. Инквизиторы двигались согласованно, каждый защищал спину другого, обмениваясь резкими короткими приказами. Воздух наполнился звоном стали и криками боли.
Однако монстры не показывали страха или усталости. Их тела были покрыты рваными ранами и тёмной кровью, движения были дёргаными и хаотичными. Даже потеряв руки или ноги, они продолжали атаковать, ползли вперёд, хватаясь когтями и зубами, пока их буквально не расчленяли на куски.
Среди хаоса внезапно возникли двое людей в масках, словно тени из темноты. Один сразу же бросился на Юну, но Ардалин, двигаясь с быстротой и точностью опытного бойца, перехватила его. Их клинки со звоном столкнулись. Ардалин сражалась методично, используя чёткие, экономные движения и технику коротких быстрых выпадов, пытаясь пробить оборону противника. Масочник ловко парировал её удары, применяя ловкие увороты и быстрые контратаки, стремясь пробить защиту Ардалин.
Другой масочник, более хитрый и осторожный, двигался совершенно бесшумно, почти сливаясь с тенями. Он подбирался к Лорену, который, сражаясь с одним из чудовищ, полностью погрузился в бой, не замечая угрозы.
Сердце заколотилось в груди, и я бросился вперёд, резко оттолкнув одного из монстров, который оказался на пути. В прыжке я столкнулся с масочником, сбив его с ног. Мы рухнули на влажный, скользкий пол, сцепившись в яростной борьбе. Я мгновенно нанёс ему резкий удар локтем в лицо, пытаясь выбить его из равновесия, но он быстро ответил резким ударом колена в бок, выбивая воздух из моих лёгких.
Схватка продолжалась, мы наносили друг другу быстрые удары руками и ногами, стремясь попасть в уязвимые точки. Я увернулся от его удара кинжалом, поймал его запястье, выкрутил руку и нанёс удар головой, оглушив его. Он пошатнулся, но почти сразу пришёл в себя и бросился на меня снова, его руки пытались добраться до моей шеи.
В пылу битвы я сорвал с него маску, и моё сердце на мгновение остановилось. Лицо под маской было до боли знакомым. Это был Кайл — тот самый бродяга с опушки леса, который однажды наблюдал за моей тренировкой. Глаза его сверкнули узнаваемым огнём безумия, и я понял, что прежнего Кайла больше не существует, передо мной была лишь оболочка, движимая чужой волей.
— Что задумал Оракул?— прорычал я, сжимая его горло так, что он начал хрипеть.
Кайл усмехнулся сквозь кровавые губы, его глаза горели презрением и безумием:
— Никогда тебе не скажу.
Внутри меня взвыла Тень, заставляя мои мысли туманиться от ярости. Я резко вывернул ему руку, отчего раздался громкий, отвратительный хруст. Он закричал от боли, но всё ещё бормотал бессвязные угрозы. Внезапно Кайл выхватил спрятанный кинжал и, пользуясь моментом, ударил меня в правую руку, попав в зазор между латами. Боль пронзила меня, заставляя взвыть, но я не отступил. Собрав остатки сил, я со всей мощью ударил его ногой в голову. Его череп треснул с хрустом, тело мгновенно обмякло, и свет погас в его глазах.
— Что ты делаешь?! — закричала Вест, подбегая, в её голосе смешались гнев и шок. — Он мог быть важным пленником!
— Он бы ничего не сказал, — ответил я устало, глядя на безжизненное тело.
Я тяжело опустился на одно колено, кровь хлынула из раны, пульсируя в такт сердцебиению. Собрав остатки магических сил, я направил поток энергии на рану, останавливая кровотечение и притупляя боль. Но рука продолжала ныть, словно её раздробили молотом.
— Всё в порядке? — спросила Юна, подходя ближе. В её взгляде читалась тревога, тщетно скрытая за спокойной маской. Голос был тихим, почти шёпотом, но в нём слышалась настоящая забота.
Я на секунду задержал дыхание. Рана в руке напоминала о себе с каждой секундой. Она пульсировала, будто второе сердце, и отдавала тянущей болью в плечо и грудную клетку. Пальцы едва сгибались — попытка сжать кулак сопровождалась резкой вспышкой боли и ощущением, словно в кости вживлены ржавые гвозди. Каждое движение было пыткой.
