Для чего собирали консилиумы разнопрофильных специалистов, не доверяя это дело одним лишь филологам. Чтобы смысл утрачивался минимально. Порождая каскад билингв. Да-да. Именно так. С одной стороны разворота: оригинал текст, с другой: перевод этой страницы. Специально для того, чтобы можно было уточнять смысл и в будущем корректировать ошибки переводов.
Количество книг росло просто в геометрической прогрессии, из-за чего уже шло проектирование нового большого здания библиотеки. Которое Лев Николаевич хотел видеть в несколько сказочном, возможно в готическом стиле, многоярусным, с большим количеством воздуха и света…
Кроме того, он нанимал и содержал за свой счет определенное количество экстраординарных лаборантов. Без которых интенсивность исследований не получалась бы подходящей. Преподаватели все ж таки преподавали, а студенты учились.
И да — ученых тоже переманивал, как и преподавателей. В том числе из исламского мира. В каноничном смысле, конечно, там ученых пока не имелось, но вот знатоков арабского или там персидского искусства — вполне. Филологов тоже.
Работал и с Китаем, с огромном трудом вытащив оттуда несколько ученых мужей, которые помогали с заказами литературы и описаниями всяких прочих материалов.
Оплачивал широкие эксперименты и многочисленные экспедиции. И многое, многое иное. Где-то за свой счет, где-то находя способы привлечь иные средства, как частные, так и государственные. Николай Павлович нехотя, но увеличил более чем вдвое содержание университета. А совокупный поток средств ежегодный к 1850-му году превысил государственное финансирование в семь раз. Не считая разовых вложений.
Как итог, осенью 1850-ого учебный год университет встретил с пятью сотнями студентов. Вдвое больше, чем в 1841-ом. При этом конкурс на место достигал пятнадцать к одному.
Появилась возможность отбирать лучших.
По способностям, невзирая на происхождение. При обучении только и исключительно за государственный кошт, да еще и выплачивая приличные такие стипендии за успеваемость из пожертвований. Заодно оттачивая способы фильтрации «головастиков». В широком смысле — для поиска толковых ребят среди бедняков…
С уровнями образования попроще тоже работали.
В частном порядке, так как не удавалось продавить новую программу через Николая Павловича. Казна ее пока потянуть не могла… пока.
Первая ступень выстраивалась через приходские школы.
Именно приходские.
Здесь Лев Николаевич находился в полной синергии с архиепископом, который и выступал главным драйвером этого процесса. Не имело значения какой ты веры, главное, что сеть начального образования, безусловно, была связана с православием. Не потому, что графу так уж нравилась религия, а для формирования некого идеологического единства.
Приход.
При нем школа, в которой священник и преподавал, по спущенным ему учебникам и методичкам. За дополнительную плату давая всем желающим курс чтения, письма и счета, а также краткий курс истории России — составленный Толстым и утвержденный лично императором. Такая небольшая брошюрка страниц на двадцать текста, нацеленная на формирование ощущение величия и масштаба…
Таких приходских школ удалось к осени 1850-ого развернуть шестьсот двадцать девять. В основном в Казанской губернии, но и в Нижегородской и иных. И потихоньку их сеть расширялась за счет роста финансирования из казны и от частных лиц. Но даже сейчас они одновременно обучали свыше десяти тысяч человек по двухлетнему курсу.
Вторая ступень была представлена начальными ремесленными училищами в числе шестьдесят восемь штук. Также по двухлетнему курсу им давали основы профессии и связанных дисциплин. Каких-то упрощенных или усеченных программ по механике или еще чего.
Только то, что им потребуется в деле.
Ну и расширенный курс истории России. Уже развернутый в полноценный учебник и подаваемый в контексте взаимодействия с другими державами. А также в пересечении с мировыми процессами, такими как Великие географические открытия и прочее, но с правильными акцентами.
Никакой лжи.
Нет.
Это было принципиально. Нельзя давать возможность противнику цепляться за такие «крючки» и бить в пропаганду. Просто где-то обходились минимальным упоминанием, а где-то развертывали от души, подавая с нужной стороны.
Основная цель была все той же — сформировать чувство величия и масштаба, добавив к этому ощущение «враг не дремлет» с тем, чтобы дать хоть какую-то прививку от подрывной пропаганды противника. То есть, воспользоваться правом «первого слова» и поставить всех, кто станет агитировать на стачки и прочие проказы в позицию оправдывающихся…
Третьей ступенью стали ремесленные училища. Еще один двухлетний уровень, который так же, как и предыдущие содержался преимущественно на привлеченные средства. Двадцать одно заведение, в котором расширяли и укрепляли ремесленные навыки, давая более глубокие знания по профильным дисциплинам и начальные по смежным…
Немного.
На первый взгляд.
