Это достаточно причудливое ощущение, когда несколько пар глаз всегда прикованы к твоей спине, но то, что топовая первокурсница проявляла к Рэю такой слабо скрываемый интерес, заставляло его чувствовать нечто среднее между возбуждением и стеснением.
– Так что есть очень важная разница при нейронном перебое, особенно когда речь идет о симуляции черепно-мозговых и позвоночно-спинномозговых травм. Давайте послушаем… Лоран. Можете ли вы сказать мне, в чем заключается эта разница?
«Про дьявола речь – и дьявол навстречь», – подумал Рэй, когда лейтенант-майор задал свой вопрос.
Ария Лоран занимала место отдельно от остальных, в дальнем конце ряда через два прохода от него и Вив. В обычной ситуации для Рэя было бы странно знать, где именно расположился другой член класса в тот или иной день, но по мере того как рыжеволосая девушка все пристальнее наблюдала за ним, он тоже стал обращать на нее внимание. Она сидела с прямой спиной и в идеально подогнанной фуражке и незамедлительно ответила Маркусу.
– Да, сэр. В самом широком понятии эта разница обычно классифицируется как разграничение вегетативной и соматосенсорной нервных систем, что позволяет нейронному перебою влиять исключительно на произвольную двигательную функцию и соматосенсорный контакт.
– Да. В точку. Теперь, если мы будем рассматривать…
Рэй снова перестал вслушиваться в лекцию, продолжая изучать Арию Лоран, которая опять вернулась к своим заметкам. Он не мог утверждать, что это совсем его озадачило. Лучше всего об этом высказался Ловец в их первый день в школе, когда сказал, что никто в Галенсе не собирается быть идиотом. Рэй мог понять некоторое внимание к нему со стороны с-рангера, особенно после второй эволюции Шидо.
Но интерес Лоран казался настолько пристальным, что даже сейчас, наблюдая за ней, он видел, как ее зеленые глаза то обращаются к нему, то снова уносятся вдаль. Они не сказали друг другу ни слова – ни одного слова за месяц, прошедший после матча на посвящении, – и тем не менее казалось, что с каждой неделей ее наблюдение за ним становится все более интенсивным.
По идее, он должен был быть благодарен. В отличие от Логана Гранта, положение Лоран делало ее в некотором роде неприступной. Она всегда была одна: в классе, на тренировке, в столовой. Не то чтобы от нее исходили какие-то недружелюбные флюиды, скорее она просто казалась… недосягаемой. Как будто просто сесть и нормально поговорить с ней дано не каждому. Даже если Грант и догонит ее по рангу, у Лоран все еще остается ее «Третий глаз» – способность, которая превосходила все, что мог применить на поле боя любой другой курсант первого курса.
В конце концов Рэй был только рад, что из всех, кто мог следить за ним так же внимательно, как Ария Лоран, это была именно она. Ведь у нее не будет возможности сплетничать о том, что она выведает.
Бум.
От удара Вив под столом он подпрыгнул и наконец оторвал взгляд от Лоран, чтобы посмотреть на свою лучшую подругу. Он уже собирался поинтересоваться, чего она хочет, когда его опередил рокочущий голос.
– Курсант Уорд…
Рэй дернулся и заерзал на месте. Джон Маркус смотрел на него сузившимися глазами, и по выражению лиц всех студентов в рядах перед ним и Вив – все повернулись в его сторону на своих местах – было видно, что лейтенант-майор уже несколько секунд пытается привлечь его внимание.
– Каким бы точным ни был ответ Лоран, – сказал офицер, и его голос был угрожающе спокоен, – я вряд ли нахожу его настолько захватывающим, чтобы заслужить ваше пристальное любование ею целую минуту после самого ответа.
Рэй почувствовал, что краснеет. По классу пробежали смешки. Даже Вив пришлось сдерживать улыбку. Он видел, как она поднесла одну руку ко рту.
– Да, сэр. Извините, сэр, – сдавленно выдохнул он. Рэй не знал, что еще должен сказать, но его извинения не удовлетворили руководителя кафедры, потому что молодой преподаватель поджал губы и процедил:
– Если вы были так заинтригованы ее ответом, то, возможно, вы хотели бы дополнить его? Не могли бы вы рассказать, как именно решается вопрос о нейронной дифференциации и почему это так важно?
Рэй засиял.
– Да, сэр. Насколько нам удалось выяснить, устройства противника используют совокупность типов нейронов и информацию, предоставленную вашим собственным УБУ, чтобы определить, как и где осуществлять перебой. То есть: с и а-дельта аксоны для ощущения боли и давления, а-альфа и гамма для мышечной функции, и так далее. Однако, как уже сказала курсант Лоран, самое важное различие заключается в разграничении того, какие нейроны работают на вегетативную, а какие – на соматическую нервную систему. Было бы катастрофой, если бы от удара по голове у пользователя остановилось сердце или, например, он не смог бы дышать. – Он поколебался, а затем добавил: – Или если бы удар в живот заставил вас потерять контроль над кишечником на глазах у всего присутствующего класса.
На этот раз он едва удержался от ухмылки, когда Маркус медленно моргнул, явно не испытывая восторга.
