Классика СБT, вариации поля Зона наводнения, были любимы многими зрителями из-за простой схемы препятствий. Как и в Нейтральной зоне, там было не так много барьеров и уровней сложности, но они были на порядок сложнее, чем простое белое поле основной боевой зоны.
По мере того, как второкурсники поднимались с поверхности, вода поднималась по их ногам, лодыжкам, затем по голеням. К тому времени, когда поле было готово, бойцы стояли по колено в воде, которую можно было бы принять за мелкую речушку, если бы не пейзаж, открывавшийся за их спинами. На далеком горизонте зарождалась серая кипящая буря и вспыхивали огни, а от хлестких ударов проливного дождя оба бойца, должно быть, за несколько секунд промокли до костей. Они стояли на месте, которое, вероятно, когда-то было зерновым полем – судя по очертаниям старинного фермерского дома вдалеке. Бой еще не начался, но Рэй видел, что уже сейчас бойцы борются с диким напором воды, почти сбивающим их с ног.
– Поле: Зона наводнения.
К счастью для курсантов, арена не заставила их долго стоять под натиском стихии.
– Курсант Омар Эджуа против курсанта Харпер Хетон. Бойцы… Призыв.
Бойцы – Эджуа и Хетон, как теперь знал Рэй, – сделали все, как было предписано. Слева от него восторженно закричала Вив.
– О! Это будет интересно!
– Ты права, – пробормотала Ария справа от Рэя. Он уловил приближающую поле вспышку ее НОЭП, когда активировал свой собственный, чтобы сделать то же самое.
Эджуа и Хетон, как выяснилось, были дуэлистами. Устройство первого оказалось гладким, серебристо-голубым, покрытым красным высетриумом, а два клинка были идентичны – пара одинаковых изогнутых сабель длиной, по прикидкам Рэя, около полуметра. Визор-забрало закрывал верхнюю половину лица, непрозрачное стекло светилось красными линиями того же цвета, что и его высетриум, а УБУ облегало каждый сантиметр рук и ног, оставляя незащищенными только торс, живот, шею и подбородок.
Хатон стояла в бело-зеленой гамме со светящимися оранжевыми линиями. Ее устройство покрывало тело, шею и голову чуть ниже глаз. Также оно закрывало колени и локти. Только верхние части рук и бедер были обнажены, как и корона розово-голубых волос. В правой руке она держала прямой обоюдоострый меч, а в левой – короткий парирующий кинжал.
Хотя эти двое были лишь на втором курсе, у Рэя сложилось впечатление, что ему предстоит увидеть очень, очень хороший поединок.
– Омар Эджуа – b4, а Хетон – b5. – Ловец, похоже, уже вывел профили курсантов для всех. – Если бы мне пришлось гадать, я бы сказал, что это гораздо выше среднего для класса на данный момент. Эти двое могут находится в высшем эшелоне второго курса.
Вив присвистнула, и Рэю пришлось сдержаться, чтобы не рассмеяться во весь голос. Его лучшая подруга всегда с энтузиазмом относилась к тому, чтобы самой стать бойцом УБУ, но ее было трудно увлечь боем, в котором она не участвовала. Но с другой стороны, как только арена объявила о начале матча, Эжуа и Хетон доказали, что ликование Вив было совсем неуместным.
– Бойцы… К бою.
Пш-ш-ш-ш!
Вода расплескалась зеркальными волнами по обеим сторонам поля, обрисовывая красные и оранжевые всплески, которыми были Эджуа и Хетон. Дуэлисты были самыми быстрыми из всех типов пользователей, но если предположить, что бойцы в-ранга обладали хоть сколько-нибудь приличной силой, то препятствие в виде стремительно несущейся воды стало бы не более чем временной помехой.
Конечно, они встретились в центре с резким звоном стали о сталь. Свист клинков, звенящих друг о друга, был настолько громким, что его можно было разобрать даже сквозь бурю. Из толпы раздался еще один крик энтузиазма. Рэй видел множество курсантов, наблюдавших за поединком с зумом[95]. Он тоже не сводил глаз с этой пары, наблюдая и изучая их как можно лучше. Брызги воды и мельтешение устройств снижали видимость, но приличный спек когнитивности позволял ему разобрать большинство деталей.
Это был акробатический танец смерти.
Ни Эджуа, ни Хетон не останавливались ни на секунду. Ни при нанесении ударов, ни при блокировании, ни при парировании и уклонении. Красные и оранжевые полосы света отражались в воде и брызгах, когда они кувыркались и брыкались сквозь потоп, и очень скоро Рэй увидел остаточные светящиеся разводы, пока цвета не образовали своего рода временную клетку вокруг двух дуэлистов. Это было, без сомнения, на голову выше поединков, которые они видели до сих пор. Даже матч Арии против Гранта – каким бы захватывающим он ни был – поблек в сравнении с этим невероятным представлением, этой импровизированной хореографией меча и света.
Рэй воспринимал все это затаив дыхание и не замечая, что трибуны затихли, не замечая, что теперь не слышно ничего, кроме звона оружия, рева бури и красочных комментариев Майкла Бретца и Риза с платформы над схваткой. На минуту или около того это было все, что можно было увидеть, все, что можно было уловить.
И тут вода начала подниматься.
