Грудь и плечи, на которые попала слюна хобианского колдуна, жгло. Игнорируя боль, ползущую вниз по спине, я прислонился к прохладному, заросшему мхом стволу и осмотрелся, намереваясь сориентироваться. Здешние гигантские деревья являлись древними созданиями, и на себе можно было ощутить их неприветливый, недовольный вторжением в их края взгляд.
– Что ж, славно повеселились. – Пак с силой выдохнул и провел рукой по волосам. – Как в старые добрые времена. Если не учитывать странный сон и то, что нас пришлось вызволять. А они позже будут болеть, вот уверен. – Застонав, он уселся на располагавшийся недалеко камень и потер синяки на плече. – Ледяной царевич, приятно, что ты все-таки за нами пришел, – серьезно произнес он. – Не знай я тебя, подумал бы, что тебе все же не плевать.
Обернувшись к нему, я выдавил ухмылку.
– Я не получу должного удовольствия, если не прикончу тебя сам, – ответил я, и Пак ухмыльнулся.
Моей щеки коснулась холодная рука, и я заметил взволнованный взгляд Ариэллы.
– Ты в порядке? – поинтересовалась она, прислонив ладонь к моему лбу. Я прикрыл глаза, наслаждаясь нежностью ее кожи. – Ты весь горишь. Что случилось?
– Болезненно пахнешь, принц, – прорычал Волк, возникший из ниоткуда. – От тебя несет слабостью. В таком состоянии ты до Края Мира не доберешься.
– Колдун, – отозвался я. – Он… плюнул на меня. Что-то со мной сделал. – Жжение на груди и плечах притупилось и теперь растекалось по всему телу. Я вдруг осознал, что не чувствую свою руку.
– У хобиасов галлюциногенный яд, – продолжал Волк, оскалившись. – У тебя впереди любопытная ночка, юный принц, если ты, конечно, будешь в сознании.
Деревья начали странный танец, вековые гигантские стволы раскачивались, как ивы. Я зажмурился, чтобы, открыв глаза, видеть яснее, но обнаружил, что лежу на спине, а крошечные огоньки пляшут на груди и вертятся вокруг головы.
Надо мной кто-то склонился, в космических глазах читалось беспокойство. Она была прекрасна, словно воплотившееся видение. Но вскоре начала испаряться, становить все тусклее, пока от нее не остались лишь вперившиеся в меня глаза. Затем они моргнули, и мир погрузился во тьму.
Где это я?
Вокруг меня сгустился туман, он стелился по земле рваными участками, окрашивая все в белые цвета. Прохладный и влажный воздух запечатал безмолвное оцепенение раннего утра. Я чувствовал запахи сосен и кедра, откуда-то спереди до меня долетал мягкий плеск воды. Я не узнавал местность, в которой очутился, но по неведомой причине она казалась смутно знакомой.
Мне больше ничего не оставалось, так что я начал идти.
Белесая завеса медленно рассеивалась, открывая мне взор на маленький зеленый пруд, обрамленный соснами. Над гладью эхом разносилось едва уловимое ухом кряканье уток, и несколько зелено-коричневых птиц устремились к бледной фигуре, стоявшей на берегу. Я застыл и очень тихо вздохнул, на мгновение лишившись способности шевелиться из страха, что возникшая передо мной картина испарится и мне придется гоняться за тенями.
На ней были джинсы и белая футболка, а ее длинные волосы собраны в высокий хвост и ниспадали на спину. Ее стройное тело отличалось скорее энергичностью, чем грациозностью, и пальцами она быстро крошила хлеб и бросала его в воду. Над ее головой возникло сияние, обратившееся в мерцающий ореол света, наполненный чарами и силой. Выделявшаяся на фоне темного пруда и деревьев, она казалась яркой и живой, огоньком, горящим в кромешной тьме.
Какое-то время я наблюдал за тем, как она швыряла крошки в воду и улыбалась, когда утки налетали на них стаей. Я понимал, что происходящее нереально: настоящая Меган в Железном Королевстве, она могущественная Железная Королева. Осознавал, что это сон. А может, я умер и растворился, просто пока этого не осмыслил. Но при виде нее мое сердце бешено заколотилось, возникло непреодолимое желание обнять ее и позволить охватившему ее свету поглотить меня. Пускай он даже выжжет меня дотла, неужели это такая уж паршивая участь?
Вероятно, она меня услышала или ощутила присутствие, потому что повернулась, и ее голубые глаза распахнулись от удивления.
– Эш? – прошептала она, и ее губы расплылись в широкой улыбке, согревавшей меня не хуже солнца. – Что ты здесь делаешь?
Я непроизвольно улыбнулся в ответ.
– Не знаю, – признался я, взял ее за протянутую руку и не сопротивлялся, когда она притянула меня ближе. – Кажется… это сон. – Она руками обвила мою талию, и я обнял ее, закрыв глаза. Никакого испепеляющего огня, ни жгучей боли, стирающей меня в пыль, лишь Меган в моих объятиях. – Хотя я бы с радостью никогда не просыпался.
Я ощутил, как она озадаченно нахмурилась, отстранилась и, склонив голову, воззрилась на меня.
– Странно. Я-то думала, этой
– Может, и так. – Мысли путались. Меня отвлекали ласковые движения ее тела и ее руки, выводившие круги на моей спине. – Может, меня здесь нет, и когда ты проснешься, все это исчезнет, включая меня. – Она обняла меня крепче и улыбнулась. – Меня устроит и такой вариант.
