– А как ты предлагаешь дотянуться до её братьев? – скептически интересуется Дэмион. – Они наверняка под защитой ву трин, идут в земли Ной.
– Братьями я займусь сама.
– Младший – маг пятого уровня, – напоминает Дэмион.
Фэллон сверлит его взглядом. Вся комната покрывается изморозью, повсюду блестят хрустальные сосульки, окна совсем побелели – сквозь них ничего не разглядеть. Холод пробирает Дэмиона до костей.
Леденящий душу холод.
– Ты сомневаешься во мне, братец? – угрожающе спрашивает Фэллон.
С коротким смешком Дэмион разминает застывшие пальцы.
– Нет, милая сестра, – одобрительно оглядываясь, отвечает он. – Что за прекрасные морозные узоры! И как это ты умудряешься их создавать?
– Тренировалась, пока выздоравливала, – с мимолётной улыбкой сообщает Фэллон. – Я знаю, как ты можешь уничтожить Эллорен, разделаться с этой шлюшкой и истребить род Карниссы Гарднер.
Стараясь не дрожать от пронизывающего холода, Дэмион ухмыляется:
– Фэллон, ты заморозишь меня насмерть. А мёртвый я тебе помочь не смогу.
Фэллон задумчиво оглядывается, и в комнате внезапно теплеет, изморозь исчезает. Кровь приливает к рукам и ногам Дэмиона, покалывая кожу, будто иголками, окно становится прозрачным.
Именно в это мгновение из волшебных палочек магов на ступенях собора вырываются потоки синего пламени, поглощая демона-икарита. Маги отступают, и икарит падает на ступени кучкой обугленной дымящейся плоти.
Дэмион оборачивается к сестре и встречает её полный мрачной решимости взгляд.
– Так расскажи, сестра, как мне уничтожить Эллорен Гарднер?
Я сижу на подоконнике огромного круглого окна в Северной башне и смотрю на улицу. Раньше это было любимое место Винтер. Я всматриваюсь в ночную тьму, отыскивая в поле или на опушке леса Каэля или Рриса. Над изломами Северного хребта молча плывёт луна.
Ариэль и Винтер в тяжёлой тишине ждут возвращения Каэля или Рриса. На лице Ариэль – непривычное выражение стойкости и терпения. Враждебность сменилась потребностью защитить Винтер, и это новое чувство в Ариэль только крепнет. Её крылья становятся сильнее, перья блестят. К ней возвращается огненная магия.
Возрождение Ариэль, пожалуй, единственное, что придаёт мне бодрости и веры в будущее в нашем разрушающемся мире.
Винтер же, в отличие от подруги, совершенно подавлена. Она безучастно лежит на кровати, равнодушная ко всему. Ариэль уговаривает её поесть, но тщетно. Винтер даже не шевелится. Встретившись взглядом с Ариэль, я вижу в её глазах то же беспокойство, что давно поселилось во мне.
Несколько дней назад в университете объявили, что занятия возобновляются под руководством учёных из Гарднерии. Лукреция и Джулиас бежали, их кабинеты заняли верные Фогелю и Священной Гарднерии профессора.
По вечерам мы с Тьерни ходим в заново открытые для студентов залы гарднерийских архивов и при тусклом свете ламп склоняемся над собранием «Постановлений Совета магов».
– По приказу Совета всех икаритов бросили в тюрьму в Валгарде, – хрипло шепчет Тьерни, водя пальцем по строчкам. – И, похоже, твоя тётя воспользовалась всеобщей истерией против икаритов, начало которой положил Маркус Фогель.
С возрастающим ужасом мы читаем о том, что моя тётя время от времени вытаскивает икаритов из тюрьмы, ведёт их по улицам города, доводя толпы до безумия, и ставит перед Советом магов, требуя для «демонов» смерти.
Пока ей удалось организовать четыре публичных казни икаритов на ступенях кафедрального собора Валгарда.
– Она пытается восстановить своё доброе имя, – с отвращением бормочу я на ухо Тьерни. – Мои братья с позором изгнаны из семьи и из Гарднерии, и тёте Вивиан нужно совершить нечто впечатляющее, чтобы сохранить своё место в Совете магов.
– Надо как можно скорее вывезти отсюда Ариэль и Винтер, – лихорадочно шепчет Тьерни. – В Северную башню может зайти кто угодно.
– Знаю. Каэль и Ррис вернутся совсем скоро.
Мне и самой не нравится, как неуверенно звучит мой голос.
Тьерни в замешательстве смотрит на меня, собираясь с мыслями.
– Эллорен, – наконец выдыхает она.
– Что? – тревожно тороплю её я.
– Валаска прислала письмо… – отводя глаза, признаётся Тьерни. – Амазы нашли способ снять заклятия водных фей. Они собираются… – взмахом руки она указывает на своё тело, – снять с меня этот облик.
– Тьерни… это невероятно! – в изумлении восклицаю я.
– Амазы выяснили, как преодолеть несколько уровней чарующих заклинаний и, спрятав их в рунических камнях, сохранить, чтобы заколдовать кого-то ещё, если понадобится.
Я ошеломлённо качаю головой:
– Это очень сильная магия, Тьерни.
Взгляд подруги мрачнеет, она настороженно оглядывается.
– Амазам пригодятся новые знания и магические силы, чтобы выжить в этом новом жестоком мире.
– Выходит, амазы снимут с тебя заклятие… навсегда?
Тьерни кивает, и до меня наконец доходят все последствия этого шага. Интересно, как будет выглядеть подруга, когда её выпустят из «тюрьмы», в которую она была заточена столько лет? Почти всю жизнь? Какие силы станут ей подвластны?
