Железный цветок полностью

Я вопросительно поднимаю брови.

– Это сложно объяснить, – пожимает плечами Каэль. – Алиентора… это великий художник или музыкант… и гораздо больше, чем просто создатель прекрасных произведений.

– Алиентора означает «пророчица», – тихо добавляет Ррис.

Услышав его голос, я вздрагиваю от неожиданности.

Оруженосец Каэля, как правило, всегда молчит. Оказывается, у Рриса мягкий голос с резким акцентом, острые «углы» его речи будто сглажены потоками воды.

– Не из тех пророчиц, о которых говорят ваши священные книги, – качает головой Ррис. – Алиентора пророчествует не через слова, а посредством произведения искусства и самой жизни. Алиентора – зеркало души народа.

– Если бы моя сестра была бескрылой, – говорит Каэль, – ей поклонялись бы все эльфы. На нашей земле уже давно не рождались такие таланты. Её гобеленам и скульптурам место во дворце монархов и на ступенях «Ардаглиш» – нашей академии искусств.

– Я не алиентора, – безжизненным голосом произносит Винтер. – Я исчадие зла. Оставьте меня и возвращайтесь к нашему народу. Такова моя судьба.

Ариэль взвивается и бьёт крыльями, от неё разлетаются яркие искры.

– Убирайтесь, – шипит она нам. – Все вы! Убирайтесь! Вы отравляете ей разум.

– Ариэль, они пытаются помочь, – уговариваю я икаритку.

– Вон! – рявкает Ариэль. – Оставьте. Её. В покое.

Опустившись на колени, Ариэль усаживается перед Винтер и гладит её по голове.

– Они нам не нужны, – говорит она, смахивая слёзы. – Нам никто не нужен. Они только и ждут, чтобы сделать нам больно. Злые. Не позволяй им сломить себя.

– Что вы будете делать? – с болью спрашиваю я Каэля.

– Попросим аудиенции у моей тёти, королевы. Станем молить её не посылать за Винтер марефоров и отменить закон об изгнании икаритов.

– А если она откажет?

Каэль угрюмо кивает. Судя по всему, эта мысль уже приходила ему в голову.

– Мы уйдём. Порвём с эльфами и как-нибудь проведём Винтер Восточным ущельем. Отправимся в земли Ной, а там мы с Ррисом поступим в Вивенгард. – Лицо Каэля каменеет. – А потом выступим с оружием в руках против гарднерийцев и альфсигрских эльфов.

Сквозь стеклянные стены балкона Дэмион и Фэллон Бэйн смотрят на площадь, заполненную одетыми в чёрное гарднерийцами, чьи взгляды устремлены на происходящее на верхних ступенях кафедрального собора.

Предстоит казнь икарита. Его держат за руки двое солдат, обрубки крыльев чудовища в панике бессильно трепещут.