– Послушай, Эллорен, – запинаясь, шепчет она, – Валаска и Алдер собираются снять с меня заклятия через шесть дней. Как только я стану сама собой, я смогу обратиться водой и… убегу в Восточные земли.
Удивительно, но мне так больно слышать эти слова. Я давно знала, что Тьерни когда-нибудь уйдёт, что иначе нельзя. Однако я никогда не думала, что расстаться с моей вспыльчивой, необыкновенно изобретательной подругой будет так тяжело.
К моим глазам подступают слёзы, я изо всех сил стараюсь сдержать их, но одна слезинка всё же скатывается по щеке.
– Прости… я буду очень по тебе скучать.
Тьерни пытается сардонически ухмыльнуться, но её губы лишь печально вздрагивают.
– Почему? Я же вечно на тебя огрызаюсь. – Неуверенно улыбаясь, я не то всхлипываю, не то смеюсь сквозь застилающие глаза слёзы. – Я рада, что ты уйдёшь, – решительно шепчу я. «Как мне будет тебя не хватать. Я остаюсь совсем одна». – Я хочу, чтобы ты ушла. Это счастье, что ты наконец-то будешь в безопасности.
«Когда ты уйдёшь, моё сердце разобьётся на тысячу частей».
Ночью, прижавшись лбом к холодному оконному стеклу в Северной башне, я безмолвно смотрю на залитое лунным сиянием пустынное поле и думаю об Айвене.
Где он? Смотрит ли на ту же луну? Глядя на серые пики хребта, я всё глубже погружаюсь в печальное одиночество.
Из тени на опушке вырывается какая-то тень, и я отшатываюсь от окна. Сначала мне кажется, что это Каэль, но, прищурившись, я различаю фигуру верхом на лошади, которая во весь опор мчится к Северной башне. Однако лошадь под седоком довольно странная, её очертания меняются, в крупе серебристыми полосками отражается лунный свет.
Мой пульс мгновенно ускоряется.
Что, именем Древнейшего, здесь делает Тьерни? Она очень рискует, спеша к нам верхом на келпи.
– Тьерни! – не помня себя, восклицаю я и спрыгиваю с подоконника.
Ариэль изумлённо смотрит на меня, даже Винтер моё волнение, кажется, выводит из прострации.
– Она скачет на келпи, – на бегу сообщаю я, – что-то случилось.
Пробегая по коридору и по ступенькам витой лестницы, я слышу за собой шаги Ариэль и шум крыльев ворона.
Я распахиваю дверь Северной башни как раз вовремя – Тьерни с широко распахнутыми глазами уже у порога. Отшатнувшись от ужасающего создания – я прекрасно помню встречу с келпи, – я отступаю, однако, как только всадница спешивается, водяной конь обращается водой и уходит в землю, оставив лишь после себя тёмную лужицу.
– Они уже здесь, – выдыхает Тьерни. В её глазах плещется страх. – Марефоры. Они в лесу. Мы с Эстриллианом видели их к северу отсюда. Двое эльфов. Я таких раньше не видела. У них было очень странное… витое оружие. Винтер, они идут за тобой. Уходи! Скорее!
Нет! Не может быть. Что же случилось с Каэлем и Ррисом?
Тьерни вбегает в башню и захлопывает дверь.
– Ты можешь противостоять им? – тревожно уточняю я. – Ударить их водной магией?
Тьерни отчаянно мотает головой.
– Нет. Их магия… другая. Водная и руническая… я чувствую их чары, но они другие, не связанные с лесом. Их магия действует против природы. У них тёмные руны, а не обычные серебряные, как у всех альфсигрских эльфов. – Тьерни поворачивается к Винтер и требует: – Ты поедешь со мной! Эстриллиан увезёт тебя отсюда.
На мгновение мы в нерешительности застываем, потом Ариэль распрямляет плечи. Такой спокойной и уверенной в себе я её никогда не видела. Взяв Винтер за руку, она тихо и непререкаемо произносит:
– Отдай мне свою одежду.
Винтер отшатывается, прочитав мысли Ариэль. Её глаза округляются от страха, она неистово трясёт головой.
– Нет! Ни за что!
– Отдай мне одежду, – настаивает Ариэль. – Возьмёшь мою. Я их отвлеку.
– Нет! – плачет Винтер.
– Они пришли тебя убить! – сквозь стиснутые зубы напоминает Ариэль.
– Но они схватят тебя и бросят в тюрьму в Валгарде! И отрежут крылья!
– Если ты не уедешь с Тьерни и не позволишь мне тебя спасти, – угрожающе хрипит Ариэль, – я буду драться с ними так отчаянно и жестоко, что они меня убьют – у них просто не останется выбора.
Ариэль пристально смотрит на Винтер, ожидая, пока она примет её ультиматум.
Не вытирая струящихся по щекам слёз, Винтер покорно кивает и дрожащими руками начинает стаскивать с себя одежду. Тьерни бросается эльфийке на помощь.
– Нет, – я поворачиваюсь к Ариэль. – Должен быть какой-то выход!
– Нет у нас другого выхода, – фыркает Ариэль. – Если я не отвлеку их, Винтер не успеет убежать. – Икаритка поворачивается ко мне спиной и очень спокойно просит: – Эллорен, расшнуруй мне платье.
Она назвала меня по имени. Смахивая жгучие слёзы, я распускаю шнуровку, и Ариэль стряхивает с плеч длинное чёрное платье.
Винтер подаёт подруге эльфийское одеяние, а Тьерни помогает ей облачиться в чёрное платье Ариэль. При виде этого моё сердце сжимается от нестерпимой боли.
Линии силы пробуждаются и пульсируют во мне, отвлекая меня от страданий. Белый Жезл дрожит, касаясь моей щиколотки, и я вдруг ощущаю целое облако тёмной силы, которая стремительно движется на нас.
Стряхнув оцепенение, я выпрямляюсь.
– Они здесь, – ошеломлённо говорю я. – Я их чувствую. Они идут с северной стороны.
