– Маги, – звучным, усиленным рунами голосом обращается верховный маг к толпе, – слишком долго исчадиям зла было позволено безнаказанно свирепствовать на Эртии. – Его взгляд проносится над толпой, и сердце Гвинн устремляется к вождю. – Слишком долго варвары и потомки фей плодились на нашей земле и на проклятых пустошах.
Фогель умолкает, и тишина тут же окутывает Гвинн, точно плотный кокон.
Все ждут. Тысячи собравшихся ловят каждый вздох верховного мага.
Взгляд Фогеля разгорается огнём истинной веры.
– Они думали, что смогут нас уничтожить. Кельты. Уриски. Феи. Они порабощали нас. Издевались над нами. Мучили нас. Они пытались превратить нас в пыль. – Оратор бросает на толпу острые, точно чёрные молнии взгляды. – Однако мы выстояли, преисполненные волей Древнейшего. И теперь маги готовы пройти по Эртии как неукротимый поток силы.
Толпа единодушно взрывается криками, победными возгласами тысяч голосов.
Прекрасная Гарднерия – страна магов! Священная, сильная и воистину великая!
Во власти всеобщего ликования Гвинн присоединяется к вопящим рядом, в её глазах сверкают слёзы, а губы сами собой растягиваются в широкой улыбке. Ещё немного – и радость выплеснется из неё и перекроет поток эмоций других магов.
Наконец толпа успокаивается, и Фогель открывает «Книгу Древних», лежащую перед ним на подставке.
Все слушают, боясь упустить хоть слово, когда верховный маг зачитывает древнюю повесть пророчицы Галлианы. Его голос набирает силу, когда Фогель читает о спасении благословенной земли магов от армии демонов. Тогда гарднерийцев спасли Белый Жезл и волшебные цветы железного дерева.
Гвинн хмуро оглядывает толпу, зацепившись взглядом за кружок более раскованных женщин, не принадлежащих к секте Стивиана. Они наряжены в облегающие фигуру платья, а чёрная материя по краю отделана полосками запретных оттенков – лилового, золотистого, тёмно-оранжевого и розового, – цветами фей. Гвинн с гордостью смотрит на своё строгое чёрное одеяние. Когда Фогель объявил о предстоящем очищении традиций от пережитков язычества, некоторые дамы рыдали и отказывались прогонять служанок-урисок.
Теперь этих магов подозревают: возможно, они предали священные идеи, связались с язычниками, которые только и мечтают подорвать могущество Гарднерии.
Гвинн благодарно вздыхает, вспоминая строгое воспитание – правила секты Стивиана в её семье ставили очень высоко, и теперь все её родственники вне подозрения, ведут дела только со стивианами, избегая варваров и яда, который те несут повсюду.
Джеффри ловит взгляд Гвинн и почти незаметно игриво улыбается ей. Горячие волны пробегают по её спине при воспоминании о наполненных лаской ночах, и в её сердце разгорается любовь.
«У нас с Джеффри будут дети с чистой кровью, истинные маги. И они вырастут в мире, свободном от исчадий зла».
Фогель дочитывает историю и умолкает, отрывая Гвинн от блаженных размышлений.
– Пришло время исполнить пророчество, маги, – сурово произносит оратор. – У варваров растёт демон-икарит, однако он пока лишь ребёнок, сосуд греха, и его легко умертвить.
Гвинн слушает о том, как маги Пятого дивизиона разыскивают ребёнка-икарита, и в её душе поднимается чувство вины, поделиться этим она не может ни с единой живой душой.
Она знает, кто дал жизнь демону-икариту.
Сейдж Гаффни была её подругой. Они познакомились, когда им было по тринадцать лет. Счастливые невесты в день обручения, они заслушивались историями о невероятных приключениях Белого Жезла.
«Что на меня тогда нашло? – мучается Гвинн. – Как я могла выкрасть ту волшебную палочку из отцовской оружейной? И зачем я отдала её Сейдж?»
А теперь Сейдж на стороне исчадий зла. Она сбежала с кельтом и разорвала священный обряд обручения. А потом родила омерзительного ребёнка.
Икарита из пророчества.
Сердце Гвинн рвётся от боли и жестоких сожалений. А в ушах звучит предупреждение – эта ужасная опасность подстерегает любого мага, стоит ему или ей свернуть с предначертанного Древнейшим пути.
– Стойко придерживайтесь вашей веры, маги, – наставляет с трибуны Фогель. – Одна часть пророчества исполняется… – Он окидывает толпу горящим взглядом и заканчивает: – И вскоре свершится другая.
Позади Фогеля среди неподвижных фигур заметно какое-то движение, вперёд выводят гарднерийку, её вежливо поддерживают молодые военные. Стоящие рядом растерянно перешёптываются, однако Гвинн знает эту девушку.
Фэллон Бэйн.
Сердце Гвинн падает, как камень в бездонную пропасть при виде измождённого лица Фэллон. Она должна стать сияющей звездой пророчества. Новой Чёрной Ведьмой – защитницей Гарднерии, победительницей демонов-икаритов.
Однако она многого натерпелась от исчадий зла.
Фэллон стоит впереди, опираясь на магов. С огромным усилием она вынимает из ножен волшебную палочку и поднимает её над головой.
Из кончика палочки вырывается вьющееся спиралью тёмное облако, и Гвинн вместе со всеми потрясённо ахает, её глаза расширяются от изумления. Буря набирает силу, над площадью проносится ледяной ветер, в мгновение ока гаснут пылающие звёзды благословения.
На площадь с рёвом врывается холодный ветер.
