Я не хотела в это верить, да и времени на раздумья не оставалось. Мои преследователи уже взобрались на холм, я слышала их шаги и крики. Новая стрела промазала всего на несколько сантиметров. Если бы в тот момент я не потянулась за своим луком, то она легко пробила бы мне череп.
Я поспешила вскочить на ноги, прицелилась и сама выпустила стрелу. Готто коротко вскрикнул, но наконечник лишь оцарапал его плечо, пройдя по касательной. Возможно, мои противники не были меткими стрелками, но и я не слишком преуспела в этой науке.
Больше не медля, я в несколько шагов преодолела расстояние, разделявшее меня и Готто. Тот снова натянул тетиву и попытался выпустить стрелу, но запутался в собственных руках, и стрела просто воткнулась в землю, не причинив мне вреда. Не теряя времени зря, я одной рукой перехватила лук и с силой ударила Готто по голове, а другой рукой выхватила стрелу и сразу вонзила ее ему в бок. С хриплым криком он повалился на землю. Я пинком отшвырнула его лук в кусты.
Теперь ничто не загораживало меня от трех других Претендентов, но поняла я это слишком поздно. Повинуясь больше инстинкту, чем чувствам, я упала на землю и перекатилась, но недостаточно быстро. Чья-то метко пущенная стрела успела задеть мое плечо, прорезать ткань камзола и оставить глубокую царапину на левой руке. Успокаивало одно — если бы я опоздала хоть на секунду, стрела пронзила бы мне грудь, прямо над сердцем.
Я вскочила и, пригнувшись, добежала до ближайшего дерева. Еще пара стрел вонзились в ствол.
Нужно бежать. Откинув со лба мокрые от пота пряди, выбившиеся из тугой косы, я оглянулась по сторонам в поисках пути для отступления. Прямо сейчас я могла скрыться за деревьями. Я бегала быстро, моим врагам пришлось бы сильно постараться, чтобы догнать меня. Но что делать с Аникой? Она мой друг или все-таки враг?
Нет, она не могла. Северин напоил меня, чтобы с утра было проще насадить меня на стрелу, как сонную муху, но Аника подлечила меня своей чудо-травой, избавившей от всех признаков похмелья. Сама того не зная, она, возможно, спасла мне жизнь.
Эти раздумья стоили мне драгоценного времени.
— Выходи к нам, олененок! Мы хорошо поиграем вместе! — певучий голос Селии, вызывал тошноту. Судя по звуку, она была где-то у меня за спиной. Слишком близко.
Я проверила свое снаряжение. У меня осталось только четыре стрелы и нож, прикрепленный к поясу штанов. Немного, но мои соперники вооружены точно так же. Хотя, если Северин смог пронести флягу с алкоголем, кто знает, что протащили другие.
Я услышала шум справа от себя. Развернулась и наугад пустила стрелу. Громкая ругань подсказала мне, что я не промазала, но не нанесла большого урона.
Хрустнула ветка, и я обернулась. Навстречу неслась Мирабель. Каким-то образом она смогла обойти меня незамеченной и теперь ничего не отделяло меня от девушки. У нее больше не было лука, но в руке опасно блеснул нож.
Времени возиться со стрелами не было, поэтому, оставив лук в левой руке, я достала из-за пояса собственный клинок.
Еще секунда и противница настигла меня. Я увернулась от первого удара, а второй приняло на себя древко лука. Плечо взорвалось болью, но я не позволила себе закричать. Вместо этого кинулась в атаку, пытаясь найти слабое место в защите Мирабель.
Держа в одной руке лук и орудуя им, как дубинкой, в другой я зажала нож, и медленно оттесняла девушку в лес. Мой расчет оказался верным. Неровная лесная поверхность сыграла с Мирабель злую шутку. Ее нога зацепилась за торчащий корень, и девушка неловко повалилась на спину.
Сильный удар луком по запястью заставил ее выпустить из рук нож и взвыть от боли. Мой ботинок приземлился девице прямо в лицо. Послышался отвратительный хруст, с которым обычно ломаются носы.
— Не двигайся.
Это была Селия. Стоя прямо за моей спиной, она говорила тихо, но от ее голоса у меня мурашки побежали по коже. В нем звучала такая злоба, такой гнев, но я даже не знала, чем могла его заслужить. В первый раз я видела в девушке такую ярость.
— Выброси свой лук, подними руки и повернись.
У меня не осталось выбора. Я отбросила лук в кусты. Поворачиваясь, я заметила, что Мирабель усмехается, несмотря на то что ее лицо было залито кровью, а нос странно смещен в сторону.
— Мы собирались убить тебя быстро, но за это ты будешь страдать. Поверь мне, я знаю, как заставить тебя умолять о пощаде, умолять о смерти.
Селия стояла прямо напротив, в ее руках туго натянутый лук. Между нами было не больше пяти метров. Я не могла спрятаться. Она не могла не попасть.
За ее спиной собрались остальные. Готто едва стоял на ногах и тяжело опирался на Фелисию. Свободной рукой он зажимал рану, из которой все еще торчала стрела. За их спинами стоял Северин. Его лицо было невероятно бледным, под глазами пролегали глубокие тени, но он не вмешивался.
Всего на секунду наши взгляды пересеклись, но парень тут же отвернулся. Неужели его ненависть ко мне была так велика?
Я чувствовала, как ярость медленно наполняет меня и накрывает с головой.
— Почему? — я буквально выдохнула это слово, но Северин дернулся. Он все равно услышал.
