— Она похоронена, а над могилой растёт рябина. Когда она зацветет, Ива до конца утратит власть над живыми.
— Она мне снится иногда, — после этих кошмаров Анна просыпалась в холодном поту и совершенно разбитая, хотя присутствие баньши всегда было едва ощутимым. Как сквозняк. Ты его не почти не чувствуешь, а спина потом все равно болит.
— Это пройдёт.
— А её пророчества?
— Они уже есть и отчасти сбываются. Не знаю, провидела или Ива то, чему суждено быть, или сама отчасти создавала его, но она никогда не ошибалась. Но, случалось, что видела не всё, — Тис улыбнулся. Не то чтобы Анне стало легче от таких утверждений. Как бы ей ни хотелось выбросить из головы Дэйва и его судьбу, она не могла.
И дело было уже совсем не в том, что она почти влюбилась в него. Просто было что-то пугающе неправильное во всей этой истории. Как будто они заживо похоронили и тех, кому Ива напророчила смерть от руки Дэйва, и его самого.
К двум жертвам заклятого золота Анна вернулась почти с облегчением.
Вскрытие подтверждало её предварительные выводы. Хью Моран, мужчина, белый, тридцать четыре года, обнаружен возле ямы с кладом, причина смерти — черепно-мозговая травма, вызвавшая кровоизлияние в мозг. В смывах из раны остались частички грунта и каменная крошка. Лаборатория пока не дала никаких ответов, но Анна была готова спорить, что пробы покажут полное совпадение образца из раны с камнем, на котором лежал Моран. Греймур даже взялась бы прикинуть, как именно развивались события. Кто-то с большой силой толкнул мистера Хью Морана, тот споткнулся и упал, затылком на старый фундамент, выпирающий из земли.
С мистером Ларри Грэхемом все было несколько сложнее. Причина смерти — массивная кровопотеря, вызванная несколькими колото-резанными ранами в область спины и поясницы. Мистер Грэхем, мужчина, белый, возраст сорок шесть лет, имел проникающее ранение легкого, повреждения крупных кровеносных сосудов и почечной ножки. Возможно, попади он своевременно на операционный стол, шеф-инспектор О'Ши смог бы рано или поздно получить от него прямые показания, но настолько им не повезло.
Криминалистический отдел продолжал работать, делать какие-то выводы были преждевременно, однако Анна Гремур никак не могла избавиться от сложившейся у неё в голове картины произошедшего. В ней мистер Грэхем получал свои ножевые ранения от мистера Морана, но вместо того, чтобы свалиться от болевого шока, разворачивался и толкал своего убийцу. Мистер Моран спотыкался и разбивал голову, а мистер Грэхем уходил в обнимку с золотом, оставляя за собой обильные кровавые следы. Выглядело довольно сюрреалистично.
Анна как раз заканчивала отчеты по вскрытиям для О'Ши, когда шеф-инспектор пришёл сам. Присел на угол её стола, постучал по столешнице свернутыми в трубочку распечатками. Сказал: — Пришла токсикология. Они чистые. Даже алкоголя почти нет.
— Я заканчиваю, — Анна глянула на шеф-инспектора поверх монитора.
— Завтра приедут родственники. Страшная штука, док. Сестра Грэхема — это жена Морана. Они все из рыбацких кварталов. Проходили по делу о той осенней резне. Отделались лёгким испугом, но я думаю, что на самом деле по уши в дерьме. Они там все измазаны в этом, долбанные культисты. Но доказательств нет. На кого было хоть что-то серьёзное, тех мы взяли.
— Какого рода дерьме? — Анна откинулась на спинку стула. Загудел принтер, готовясь выплюнуть из себя несколько листков с результатами аутопсии жертв — скупой итог двух человеческих жизней.
— Там что-то вроде секты, — О'Ши болезненно поморщился. — Самых деятельных мы пересажали, но это была только вишенка с торта. Я под подпиской, док. Не могу рассказывать подробности. Но та дрянь, которую они пытались выпустить сюда, она существует на самом деле.
— Я читала, насколько у меня есть допуски.
— Ойшинс говорит, нам повезло и самая большая задница все-таки не случилась. Ну как, повезло…
О'Ши продолжил, определённо копируя чужие интонации:
— За это была заплачена высокая цена, и Той стороной, и Этой.
Анна собрала распечатки и потянула шеф-инспектору, сказала:
— Я отправлю на электронную почту копию.
— Ага, — он пробежался глазами по ровным строчкам отчета. — Ну, как я предполагал, в целом.
— Что говорит лаборатория? — Анне и в самом деле было любопытно, насколько бредовы её предположения.
— Пока не говорит ничего о присутствии на месте третьего лица. И мне бы очень хотелось, чтобы никого третьего там действительно не было. Мне хватает штатного количества психов и полудурков. Ты знала, док, что в Байле преступлений, совершенных в состоянии поехавшей крыши, больше всего по стране?
— Выглядит правдоподобно, — Анна подумала, что только большая удача помешала ей стать частью этой статистики, и поёжилась. О'Ши глянул на неё сумрачно.
Наверное, это из-за всех этих разговоров ночью баньши пришла снова. Вернее, Анна вспомнила о ней, и она пришла. Встала у изножья кровати молчаливая и белая, долго смотрела тёмными провалами глаз. Потом до Анны понесся её голос, тихий, но удивительно отчётливый:
