- По твоему это похоже на Delirium tremens? - Санитар лишь вопросительно надулся. - Поди прочь! - сказал доктор и немного обиженный санитар вышел из палаты.
54 Загадка
- Ты не алкоголик. Нет, ты любишь выпить, безусловно любишь. - кажется доктор посмотрел вдаль, туда, где вчера красовался прекраснейший закат. - но не до такой же степени.
- А с кем он говорит? - спросил я как раз в тот момент, когда доктор принялся развязывать тряпки, что сковывали мои конечности.
- С матерью. - проговорил он вполне спокойным голосом, не отрывая взгляда от моей правой руки.
- И часто так? - Развязав правую руку, он перешел к освобождению левой.
- Вот уже неделю.
- И что она ему говорит? - Доктор посмотрел на меня, после чего вновь повернулся к моему соседу справа и с грустью в голосе ответил:
- Пьяницей в основном называет. То, что он ей жизнь испоганил. - Как только доктор освободил обе мои руки, я приподнял верхнюю часть своего туловища, уперевшись руками в целлофановый матрас. Из-за того, что я провел всю ночь практически неподвижно, болела спина. Как только я приподнялся, то тут же почувствовал тяжесть в мочевом пузыре от жидкости, которая собиралась там в течение долгой бессонной ночи. Возможно, я имел полное право воспользоваться наличием целлофанового наматрасника.
- Это совесть? - спросил я, разминая спину, поворачивая туловище то влево, то вправо. Доктор в это время развязывал веревки на ногах.
- Что совесть? - он переспросил, как только развязал правую ногу.
- Ну ведь это все происходит в его голове? Так?
- Совершенно верно. - Выдохнул доктор, с трудом распутав последний узел, который сковывал мою левую ногу.
- Это самобичевание по сути? Совесть дает о себе знать?
- Знаете, мозг, да и сам человек - это все загадки. Знаете ли, возможно мозг - это и есть сам человек. Возможно даже какая-то ничтожная часть мозга - это человек. А все остальное… Все что мы видим - две руки, две ноги, голова, лицо - это просто коробка, не больше. Упаковка. Возможно вы правы. Отчасти. И это действительно самобичевание. А возможно, он просто над нами издевается, играет с нами и потолок для него такой же белый как и для нас с вами.
- Знаете ли, а ведь потолок вовсе не белый. Он скорее бежевый.
- Вот именно! - согласился доктор. - человек и его мозг - это загадки. Пожалуй самые сложные загадки во всем мире. Вполне возможно, что эти загадки навсегда останутся неразгаданными. Вот взять например вас. Вы думаете вас просто так привезли сюда, привязали?
- Я не помню что вчера произошло. - мне стало ужасно стыдно, но я ждал, что доктор прояснит ситуацию, однако доктор всего лишь причмокнул и сказал:
- Я не вижу никакой агрессии, опасности или чего-то в этом роде, поэтому держать вас здесь, в этой палате, я… В общем, в этом нет необходимости. Но! - почти вскрикнул доктор и резко вскочил с койки. - Нам необходимо вас понаблюдать несколько дней. Поэтому мы переведем вас в палату этажом ниже. Там не так спокойно как здесь, но зато там не будет этих веревок на руках и ногах.
55 Дыхание
Все то беспокойство, о котором вскользь упомянул доктор и которое встретило меня в палате этажом ниже, куда меня перевели, заключалось в том, что мои новые соседи были будто рассыпаны в хаотическом порядке по периметру большой общей палаты. Многие из них время от времени совершали резкие движения руками, кто-то без конца вертел головой из стороны в сторону. Но никто не издавал ни звука: это было похоже на немое психоделическое кино. Сначала это показалось мне забавным, но после того как я осознал, что все это люди, такие же как и я и что с ними мне придется провести несколько дней в одном помещение, мне стало немного не по себе. Завороженный происходящим, я не заметил как налетел правым коленом на металлическое основание одной из коек, что стояла возле двери, чем добавил этой фантасмагоричной картине несколько резких звуковых штрихов. Никто из пациентов не шелохнулся, каждый продолжал заниматься своим делом.
Я лег на свою койку и пролежал до вечера в полной тишине вплоть до того момента, когда нужно было принять положенные мне лекарства. Позже, когда стемнело, я впервые услышал голос. Это был приятный женский голос. И я бы никогда не подумал, что это голос сумасшедшей, если бы не фразы, которые этот голос воспроизводил.
“Зачем я здесь? крумх крумх. Только не снимайте шлем. крумх крумх. Я не смогу. Нет. Неееет!”. Девушка начала неистово кричать, после чего ее крик на несколько секунд растворился в привычной для этой палаты полной тишине и в конце концов из ее горла начали доноситься кряхтящие звуки, которые дали мне понять, что она стала задыхаться. “Шлем” - шипящим голосом произнесла она. - “шлем”. Все остальные “соседи” лежали смирно, так, будто они оглохли, никому снаружи, похоже, также не было дела до того, что происходило в нашей палате, поэтому я вскочил с койки и буквально выбив ногой дверь закричал: “Помогите!”.
