Раз в неделю Саид собирал коммунаров в одном из заброшенных цехов винзавода, который называл актовым залом. В цеху, впритык к актовому залу, коммунары оборудовали боссу рабочий кабинет, установили там мебель, телефон. Для своих собраний тоже оборудовали один зал. На стенах повесили разные плакаты, установили баннеры. Коммунары поочерёдно охраняли кабинет своего босса по вечерам, сменяясь, как часовые. Надсмотрщиками над коммунарами Саид поставил Мусу и двух выходцев из Дагестана и Чечни.
Саид называл себя марксистом-интернационалистом, который в свою коммуну под красным флагом собирает представителей всех национальностей, народностей, проживающих в Закавказье. Он, как гениальный марксист, разработал теорию коммунистического развития их коммуны. А Муса и другие помощники применяли его теорию на практике среди коммунаров. При этом Саид сталкивался с определёнными трудностями, недоработками теории. На ходу вносил в неё некоторые коррективы.
Его теория превосходства одних наций над другими становилась доминирующей в повседневной жизни, со временем приобретая «облик хищного зверя».
– Во времена фараонов на них работали рабы, – просвещал он друга Мусу и других ставленников над коммунарами. – Фараоны ушли, на их место пришли князья, помещики, беки, ханы. На князей, помещиков, беков, ханов работали крепостные крестьяне, фахли. С приходом капитализма на капиталистов горбатились рабочие. Когда сегодня президент СССР Михаил Горбачёв открыл дорогу деловым людям субъектов страны для развития и процветания бизнеса, почему на меня не должны работать те люди, которые рождены быть рабами? Рабов везде хватает. Лишь бы таким гениальным людям, как я, бюрократы и менты руки не выкручивали! В крайнем случае, если временно забуксует моя теория, на первых порах задействую в коммуне теорию порабощения, применяемую моим отцом-рабовладельцем, – и добавил, обращаясь к Мусе: – Ты лучше, друг, подскажи, где мне достать нужную сумму на уставный фонд, если коммунары в назначенное время в мои бизнес-проекты не вносят рассчитываемые мною процентные ставки?
– Закручивай гайки, друг.
– Друг, пойми, коммунары и так «работают», рискуя жизнью. Допустим, соберём уставный капитал. Но бизнесу нужны капиталы для его активного расширения, развития. Как мне по-другому собрать необходимый капитал? – сокрушался Саид.
– Ограбить кассу винзавода или банк?
– У нас в коммуне одни сопляки и тюфяки! Способную на такое дело зубастую братву откуда взять? Первый же коммунар, попавший в руки мента, расколется. Остаётся денежный туз – мой отец. Если сам не одолжит, ограбим кассу винзавода!
С тех пор эта мысль ни днём, ни ночью не давала Саиду покоя.
Запад на рынки России, Азербайджана, Армении сначала выкинул первые видеомагнитофоны, затем пиратские кассеты с голливудскими фильмами о гангстерах, бандитах, орудующих по всему миру. Они подсказывали, как делать большие деньги, занимаясь порнографией, наркоторговлей, разбойными нападениями, похищением людей, рейдерскими захватами.
Вскоре в России и республиках Закавказья вовсю заработала порнографическая индустрия с ночными клубами, наркотиками, шестами для танцев, стриптизом девиц лёгкого поведения перед изумлёнными посетителями.
Власти не успели отмахнуться от этих сюрпризов дикого рынка, как криминал стал захватывать все пустовавшие ниши в стране. В республиках процветали порнографическая индустрия, наркотики, рейдерские захваты бизнеса, рынков, всего, что приносило быструю прибыль.
Саид с Мусой ночами показывали такие фильмы коммунарам. В связи с этим у Саида созревал свой план захвата рынка. Начал он с того, что организовал боевую дружину из молодых амбициозных коммунаров. На чёрном рынке достали оружие. Он познакомился с крутыми рэмбо, тренировавшими ребят в специальных лагерях, подвальных помещениях, обучавшими их приёмам борьбы, самообороны, владению холодным и огнестрельным оружием. Там же Саид стал готовить своих бойцов.
Неожиданно он поручил Мусе:
– Составьте списки самых богатых торговцев, чиновников и банкиров. Пора выворачивать их карманы.
Сказано – сделано.
Саид с Мусой ещё с пятого класса имели небольшой опыт фарцовщиков и мелких карманных воров. Всё началось с того, что они стали красть у горожан кур, индюшек. С украденной птицей уходили далеко за город, чистили, жарили на огне. Когда такой птицы было много, реализовывали излишки через знакомые торговые точки на рынке. Самый большой «урожай» они собирали тоже на рынках: у зазевавшихся покупательниц крали из дамских сумочек кошельки, тащили всё, что плохо лежало.
