«Клиент спросил, может ли он связать меня, — начал рассказывать Сабито, — Конечно же, я не стал возражать. Но затем он вытащил нож… Я пытался разорвать веревки и остановить его, но у меня не вышло».
Он замолкает, а его взгляд устремляется в угол комнаты. Сабито не хочет больше говорить. Этот жестокий человек по своей прихоти разрушил его жизнь. Музану было наплевать, он лишь требовал, чтобы изуродованный парень приносил столько же денег, сколько раньше, и хотя он очень старался, он уже почти никого не привлекал. И бедному Гию приходилось покупать ему все необходимое и помогать оплачивать счета. А затем его любимого наказали за эту доброту…
«Почему бы тебе просто не уйти, раз у тебя мало клиентов? Ты можешь найти другую работу, более достойную», — с сочувствием интересуется мужчина.
Сабито думает о Гию, о том, насколько он в долгах перед Музаном и что он, скорее всего, никогда не сможет вырваться отсюда. Он думает о других Цветах и о том, как они любят его, и как много каждый из них значит для него самого. Поэтому он отвечает: «Мальчики здесь нуждаются во мне. Если я покину это место, то только потому, что управляющий решит избавиться от меня. Кроме того, мне некуда идти, вся моя семья здесь».
«Хм…»
Мужчина протягивает руку и вновь гладит лицо юноши ладонью, и на этот раз, когда он тянется к завязкам, Сабито не останавливает его. Но он закрывает глаза, не желая видеть выражение чужого лица. Сабито устал вызывать у людей жалость, смешанную с отвращением. Его клиент шумно выдыхает, а его пальцы легко касаются шрамов, ощупывая их бугристую поверхность.
«Они болят?» — спрашивает пожилой мужчина.
«Иногда ночами или когда я вспоминаю о том, как их получил».
«Бедняжка…»
Клиент толкает его, вынуждая лечь на кровать. Стоя на коленях перед Сабито, он снимает штаны с себя и с юноши, после чего мужчина забирается к нему в постель и ложится рядом, шепча нежные слова и плача. Сабито кажется, что мужчина бормочет что-то о своей жене и о том, как сильно он тоскует без нее.
«У нее были такие же мягкие рыжие волосы», — говорит он, и несколько теплых слез падают на бледную кожу Сабито.
Обычное дело. Иногда в бордель приходят мужчины, которые чувствуют себя слишком одинокими после смерти своих любимых. Они выбирают девочек или мальчиков, напоминающих их умершую любовь. И пусть это грустно, но Сабито видел страдающих посетителей столько раз, что они перестали трогать его сердце. Он так же устал от их рыданий, как и от клиентов со странными извращенными фетишами. Все они стали для него на одно лицо.
Даже когда мужчина проникает в него и начинает двигаться, лицо Сабито остается бесстрастным. Он поворачивает голову в сторону, уставившись в стену. Ему всегда нравилась картина в этой комнате. На ней была изображена сельская жизнь, полная мягких пастельных красок, и ему так хотелось затеряться в них. Может быть, он родился на ферме? Кто его родители, и что с ними стало? Почему они оставили его? Как сложилась бы его жизнь, если бы он родился в любящей семье?
С другой стороны, если бы он не оказался на улице, он бы никогда не встретил Гию.
На потолке изображена чудесная сцена — двое детей, взявшись за руки, мчатся по высокой траве. Когда-то и у них с Гию были такие светлые моменты. Конечно, большую часть времени они проводили на улицах Парижа, где было легче выжить, но иногда они выбирались на близлежащие поля. Там было так тихо, спокойно. Сабито и его лучший друг лежали, раскинувшись в душистой траве, и смотрели на небо теплыми летними ночами. Сабито всегда завораживали звезды…
«Ты бы хотел искупаться в звездном небе? — спрашивал он Гию, — Оно такое глубокое и густое. Я бы хотел взлететь и плавать в этой темной воде, пропуская звезды сквозь пальцы».
Гию лишь закатывал свои голубые глаза, в которых отражался звездный свет. «Ты такой глупый, Сабито. Мы никогда не сможем оказаться так высоко и дотянуться до неба».
Вот бы вернуться в детство, когда они еще были так чисты и невинны. Да, конечно, сиротская жизнь наложила на них свой отпечаток, они часто видели грязь, болезни, да и трупы людей, умерших прям там, на холодных улицах. Но секс тогда был для них загадкой, а его лицо было гладким и безупречным. И Гию принадлежал ему и только ему.
Как же он скучает по тем дням.
Сабито послушно лежит и ждет, пока плачущий мужчина двигается все быстрее и быстрее, а затем обессиленно падает на его неподвижное тело. Потом клиент нежно обнимает юношу и целует в щеку, вновь называя его именем ушедшего дорогого человека. Сабито знает, что неправильно совсем ничего не чувствовать при виде чужой боли, но он ничего не может с собой поделать. Ему действительно все равно. Он лишь прикидывает, сколько посетителей сможет еще привлечь сегодня, чтобы хотя бы немного облегчить участь своего любимого.
Он готов на все, что угодно, лишь бы Гию больше не пострадал из-за него.