Танджиро вне себя от радости, он уже не жалеет о своем решении. Всего за пару минут этот апатичный мальчик превратился в сгусток энергии. На самом деле он опасается лишь того, что Зеницу может ненароком открыть тайну Танджиро, ведь его семья не знает, где он работает. Все их письма приходят «до востребования» Музану, а управляющий уже сам раздает их подчиненным. В любом случае, риск того стоит, потому что в последних сообщениях от Незуко сквозили тоска и печаль, и Танджиро искренне надеется, что переписка с вежливым и чутким Зеницу сможет поднять ей настроение.
Ну что ж, светловолосый романтик уже убежал, пора и остальным Цветам возвращаться в комнату. Скоро предстоят сборы перед очередной рабочей ночью, но еще есть немного времени, чтобы отдохнуть и подумать. А когда у Танджиро появлялось время подумать, он всегда предпочитал мечтать о своем непокорном горном короле.
Как только они оказываются в спальне, Иноске сразу же опускается на колени рядом с кроватью, чтобы спросить у проснувшегося Ренгоку, как его дела. Лежащий в постели юноша выглядит слабым и болезненным, но тем не менее он ласково улыбается стоящему перед ним мальчику, что-то едва слышно шепча в ответ. Все это время Танджиро не может отвести взгляд от Иноске. У него столько граней — порой он дикий, необузданный, часто громкий и дерзкий, но иногда он бывает и таким, как сейчас — мягким, нежным, заботливым.
«Гию сказал, что ты плохо себя чувствуешь», — говорит Танджиро, подходя ближе.
Глаза Ренгоку перемещаются на него, взгляд странный — тусклый и немного заторможенный. «Иноске, Танджиро, я очень прошу вас обоих быть осторожнее. Меня наказал Музан… Я не хочу говорить об этом, но пожалуйста, не злите его, не совершайте опрометчивых поступков… А за меня не волнуйтесь, мы справимся все вместе. Главное, помните, что мы есть друг у друга, и не дайте ему повод нас разлучить».
Наказал Музан… Ренгоку двигается, и его тело сотрясает легкая дрожь. Внезапно шестеренки в голове у Танджиро начинают вращаться, пока ему не открывается полная картина. Парню слишком знакома и эта неудобная поза, и вспышки боли, пронзающие тело при каждой попытке пошевелить бедрами. Танджиро прикрывает рот рукой, пытаясь справиться с шоком.
Вот почему Цветы так сильно боятся не угодить своему начальнику!
Мальчик внезапно чувствует острое желание сделать хоть что-то, чтобы хотя бы на секунду отвлечь Ренгоку от страданий и воспоминаний о перенесенном издевательстве. Это несправедливо, неестественно, не должен этот яркий и всегда энергичный парень лежать здесь таким потерянным и сломленным. Но как, как помочь ему почувствовать себя лучше…
Танджиро вспоминает разноцветное пятно, которым он часто любовался из окна, когда был слишком болен и не мог работать. Чтобы осуществить свой план, ему нужно выйти из борделя, а покидать его без сопровождения им запрещено. Но на улице никого нет, а он всего лишь выскочит за порог и сразу вернется обратно. Все получится!
«Подождите, я сейчас!» — кричит он, выбегая из комнаты.
Иноске и Ренгоку изумленно переглядываются, но им остается лишь гадать, что же задумал Танджиро. Их недоумение длится недолго, потому что уже через пару минут мальчик возвращается, держа перед собой вазу, полную ярких цветов. Он не знает, как они называются, но их желтые и красные соцветия всегда наполняли его радостью, когда Танджиро смотрел на них через оконное стекло.
Он надеется, что и Ренгоку они заставят улыбнуться.
«Они росли на улице под деревом, — объясняет мальчик, демонстрируя вазу своему раненому другу, — Но теперь мне кажется, они нужнее здесь. Они приятно пахнут, да и вообще, подходят к теме нашей комнаты, мы ведь тоже Цветы. Может быть, тебе станет чуть полегче, если ты сможешь любоваться ими, не вставая с постели».
Улыбка Ренгоку ослепляет, а слезы, застилающие его затуманенные глаза, на этот раз вызывает вовсе не боль. На мгновение он даже становится похож на прежнего жизнерадостного Кеджуро. С трудом, но он наклоняется, чтобы ощутить аромат своего подарка. «Спасибо Танджиро, они восхитительны! Поставь их, пожалуйста, на окно, пусть получат немного солнца. И там они будут видны всем нам».
«Конечно!» — отвечает юноша, подбегая к окну. Он распахивает створки, впуская в комнату свежий воздух. Дуновение ветра колышет белые полупрозрачные шторы и щекочет бледную кожу оставшихся в комнате парней, словно напоминая о тех днях, когда они были так же свободны, как и этот легкий порыв. Солнечный свет пробивается сквозь зеленое стекло вазы, украшая деревянный пол спальни яркими светлыми бликами. Цветы пылают на голубом подоконнике, наполняя комнату уютом и жизнью. Даже странно, как один такой маленький и незначительный элемент сразу меняет все вокруг себя.
Танджиро присаживается на край кровати, чтобы спросить Ренгоку: «Скажи, чем мы еще можем тебе помочь? Мы скоро уйдем на работу, но будем по очереди подниматься к тебе всю ночь, чтобы проведать».
«Попросите, пусть Музан вызовет врача, — отвечает Ренгоку, — Может, он принесет мне обезболивающее, антисептик или что-то в этом роде».