Ренгоку тяжело вздыхает, а затем наклоняется, чтобы убрать челку со лба своего любимца и погладить его по волосам. Да, все они здесь в одной лодке. Даже счастливчики, вроде Сабито с Гию и Танджиро с Иноске, нашедшие свою любовь в стенах Сада Греха, столкнутся с трудностями на воле. Хорошо сидеть и мечтать о свободной жизни, но, возможно, таким не умеющим выживать самостоятельно проституткам, как они, лучше жить здесь, довольствуясь лишь изредка выпадающими на их долю крупицами счастья?
Танджиро кладет руку ему на предплечье и слегка встряхивает старшего товарища, пытаясь вывести из мрачного оцепенения. «Эй, мы же не знаем, что ждет нас в будущем! Давайте просто стремиться каждый день проживать как можно счастливее! А теперь мне надо решить один вопрос, — говорит он, уставившись на Зеницу с суровым выражением лица, — С чего это вдруг кое-кто решил жениться на моей сестре, отправив ей всего одно письмо?»
Зеницу так резко садится, что едва не ударяет головой склонившегося над ним Ренгоку. Мальчик лишь раздосадованно шипит, не зная, что сказать. В конце концов, он тычет пальцем Танджиро в грудь со словами: «Может я и спешу, но посмотри на себя! Ты тут уже несколько месяцев, а между тобой и Иноске до сих пор ничего существенного не произошло. Ты только и делаешь, что пялишься на него, мечтая, чтобы его язык оказался у тебя во рту!»
Танджиро возмущенно открывает и закрывает рот, а Иноске смеется и призывно облизывает губы, придвигаясь ближе к белокурому юноше. «Конечно, знаешь какие вещи я могу им творить? Хочешь испытать на себе?»
«Фу! Отвали, извращенец!» — кричит Зеницу, отталкивая своего бесстыдного друга.
Иноске пользуется этой возможностью, чтобы повалить Зеницу на кровать и усесться сверху, пока другой мальчик отчаянно кричит и пытается освободиться. Как пара родителей, уставших от проделок своих несмышленых детей, Гию стаскивает с кровати за ворот ночной рубашки Иноске, а Ренгоку поднимает и удерживает пытающегося пнуть соперника Зеницу.
«На сегодня хватит, маленькие засранцы, — невозмутимо говорит Гию, — Живо в постель, уже давно пора спать».
«Он сам…» — пытается что-то возразить Иноске, но Ренгоку прерывает его.
«Еще одно слово, и я лягу между вами двумя вместо Танджиро. А то он слишком добр, чтобы утихомирить вас».
«Только не это!» — кричит черноволосый мальчик.
Иноске отталкивает Гию и бросается на свое место на матрасе, чем пользуется Танджиро, сразу же обнимая надувшегося юношу и шепча ему что-то успокаивающее, пока тот не начинает хихикать в ответ.
Видя, что обидчик сдался, Зеницу следует его примеру, укладываясь с другой стороны.
Старшие Цветы вздыхают с облегчением. Наконец-то дети угомонились, теперь и взрослые могут спокойно лечь спать.
Чуть позже днем, во время обеда, Танджиро никак не может усидеть на месте, его взгляд судорожно мечется от собственной тарелки супа к лицу Иноске и обратно. Всего лишь час назад он проснулся с чужим бедром между своих ног, но на сей раз это была сознательная провокация его черноволосого друга. Иноске не спал и смотрел на него с дьявольски соблазнительной ухмылкой. Танджиро в смятении лежал, стараясь не шевелиться, потому что боялся не сдержаться и застонать от любого мельчайшего движения в своей промежности. Не хватало только, чтобы Сабито отругал их второй раз.
Иноске заметил его вопросительный взгляд и сказал: «Когда я проснулся, моя нога уже была там. И я решил не убирать ее, вдруг тебе понравится».
«Ты — злобное чудовище», — прошептал Танджиро в ответ.
«Признайся, что тебе нравится».
«Нет, мне просто жарко…»
Иноске лишь фыркнул в ответ и, высунув руки из-под одеяла, взъерошил волосы друга.
И сейчас проблема Танджиро заключается в том, что он никак не может избавиться от напряжения и желания, вызванного этим поступком Иноске. Его легкая эрекция так и не прошла, и это заставляет его просто сходить с ума. Танджиро до сих пор удивляется, как можно после ночей, наполненных сексом, чувствовать себя таким голодным и неудовлетворенным. Но он полагает, что причина кроется в том, что его мог бы удовлетворить только один человек, которого он непрерывно хочет с того момента, как только увидел.
И сейчас он смотрит на красивое лицо этого человека, и не может думать ни о чем другом, как о том, чтобы этот самодовольный парень обратил на него внимание и заметил, что с ним происходит. Но Иноске лишь беззаботно рассказывает какую-то шутку, а его зеленые глаза сияют, освещенные ярким дневным светом, струящимся из окна.
Вторая причина, по которой Танджиро сейчас так тяжело, заключается в том, что кроме секса он хочет от Иноске любви. Вот почему он до сих пор оттягивал момент их сближения. Он сам так влюблен в своего дикого принца и мечтает хотя бы о небольшой взаимности. Он понимает, что небезразличен мальчику, но что именно тот к нему испытывает? Танджиро боится спросить.