Пронзительная, ужасная боль охватывает Сабито. Он выгибается и бьется на кровати, словно в припадке, затягивая веревки, удерживающие его, еще сильнее. Кровь заливает лицо, шею, грудь, подушки и одеяла на постели, и сквозь эту красную пелену Сабито видит довольную улыбку Фаброна, взирающего на него, как художник на свою лучшую работу. И лишь когда мужчина выходит за дверь, ставший теперь навеки чудовищем юноша находит в себе силы, чтобы, захлебываясь в собственной крови, снова и снова выкрикивать имя единственного дорогого человека, который нужен ему сейчас, как никогда.
«ГИЮ!»
Должно быть, они проспали около трех часов, когда стоны и беспорядочные движения Сабито потревожили покой спящего Гию. Как всегда лежащий лицом к любимому, темноволосый мужчина приоткрывает глаза и понимает, что происходит что-то неладное. Брови Сабито плотно сдвинуты, а сам он выглядит так, словно страдает от боли и пытается сдержать крик. Но парень терпит неудачу и издает особенно громкий стон, а крупные слезы выступают в уголках сомкнутых глаз.
Гию резко садится, прогоняя остатки сна, не зная, как помочь Сабито. Стоны становятся все громче и громче, превращаясь в приглушенные крики, а голова юноши неконтролируемо мечется по подушке, словно в немом отрицании чего-то. Гию бережно касается его плеча, надеясь разбудить, но это не помогает. Потревоженный интенсивными движениями и криками, первым вскакивает Иноске, заставляя проснуться обнимающего его Танджиро. Оба мальчика присаживаются в постели, удивленно глядя на происходящее рядом с ними.
В этот момент спина Сабито резко выгибается, словно у одержимого, и он выкрикивает имя Гию так громко, что заставляет открыть глаза и Зеницу с Ренгоку. Мальчики вскакивают и бросаются на помощь Гию, в панике вцепившегося в Сабито и трясущего его из-за всех сил, пытаясь прервать тревожный сон, но прежде, чем они успевают добраться до противоположного края кровати, смеженные веки Сабито распахиваются.
Он не понимает где он, и кто эти взволнованные люди, окружающие его. Его сознание все еще там, в окровавленной комнате. Он чувствует острую обжигающую боль и прижимает ладони к своим щекам, пытаясь остановить видимое лишь ему кровотечение. Гию, где Гию? Он помнил, как любимый ворвался в комнату, прижал его к себе и не отпускал до прихода врача, такой же обагренный горячей кровью, как и он сам. Вот же он рядом, но сейчас на нем чистая белая ночная рубашка, без единого красного подтека. Его голубые глаза полны беспокойства, а не страха, как в ту злополучную ночь, и комната озарена солнечным светом, а совсем не пламенем свечей, так гипнотически отражавшихся в стальном лезвии. И он вовсе не в одной комнате со зверем, он в теплой постели со своей семьей.
Сабито дышит глубоко и хрипло, приходя в себя. Он ощупывает свою грудь, понимая, что это холодный пот заставляет его рубашку липнуть к дрожащему телу, а не потоки крови. Его взгляд плавно перемещается на удивленных сонных друзей. Иноске потирает заспанные зеленые глаза, сидящий рядом с ним Танджиро выглядит бесконечно потрясенным, а Ренгоку, сочувственно глядя на Сабито, прижимает к себе перепуганного Зеницу. Но самое главное, что рядом с ним Гию, его Гию, который бережно и аккуратно убирает рыжие волосы Сабито, прилипшие к потному лицу и шее юноши.
«Лисенок? — слышит он тихий нежный голос любимого, — Ты здесь, с нами. У тебя все хорошо?»
Сабито машинально подносит руки к щекам, ощупывая бугристые грубые шрамы. Эта шершавая кожа так успокаивающе отличается от мокрых лоскутов плоти из его кошмара. По этому жесту Гию и другие парни понимают, что же так напугало их несчастного друга.
В ответ на заданный вопрос Сабито лишь коротко и отрывисто кивает. Но ему все еще слишком тяжело контролировать себя, поэтому, не стесняясь посторонних взглядов, юноша всем своим дрожащим телом прижимается к сидящему рядом Гию и прячется у него на груди. Возлюбленный обнимает его в ответ, одной рукой придерживая затылок Сабито, а другой — его подергивающиеся от рыданий плечи.
Пару минут все Цветы беспомощно наблюдают, как горько плачет их друг, повторно пережив худшие мгновения своей жизни. Их сердца тоже обливаются слезами, но никто из них не осмеливается предложить свою помощь и утешение. Никто, кроме Танджиро…
Внезапно Сабито чувствует легчайшее неуверенное прикосновение к своему бедру, и, подняв заплаканное лицо, он видит сидящего напротив мальчика с самыми добрыми глазами в мире. Танджиро ласково улыбается и практически не шевелится, словно боится испугать Сабито, как трепетного зверька. Заметив любопытный взгляд слезящихся глаз, Танджиро одним быстрым движением соскальзывает вниз и переворачивается на спину, положив голову на колени Сабито. Несмотря на слезы, расстроенный мужчина не может сдержать улыбку при виде этого умилительного зрелища.
«Ты похож на щенка», — охрипшим голосом произносит он.